— У гениев свои причуды, приходится приспосабливаться к их неординарному и нестандартному мышлению, — развел руками он.
— Господин Спектор, будет ли участвовать «Ice Angel» в новом «Woodstock»? Миллионы фанатов ждут появления своего Ангела, — задал вопрос корреспондент Rolling Stone.
— Я долго спорил, приводил тысячи доводов и она сдалась. Официально могу заявить, что «Ice Angel» и её группа «Angel wings» будут участвовать в «Woodstock», — немного торжественно заявил Спектор.
Дальше посыпался целый град вопросов о размере гонорара за выступление и о составе никому до этого неизвестной «Angel wings».
— Сумма вознаграждения на стадии обсуждения. Сразу могу сказать что финансы пойдут в один благотворительный трастовый фонд, который занимается спасением и защитой диких кречетов. Деньги для Ангела мало что значат, охрана природы для неё на первом месте. Что касается группы, то скажу одно: многие известные музыканты желали участвовать, но Лёд выбрала молодых и талантливых, как она сама. Всего хорошего господа, встретимся на «Woodstock», — поднялся из-за стола Спектор, заканчивая этим свою пресс-конференцию.
На утреннем совещании в КГБ с разгромной критикой выступил полковник Итон. Немногословный и сдержанный он в этот раз прошелся катком по всем недочетам, недостаткам и упущениям. Работая не один год в Комитете полковник знал множество нелицеприятных моментов и провальных операций. Сегодня со словами — «Сердце коммуниста не позволяет молчать», начал с претензий к девятому управлению.
— Так подставить руководство страны! Где сейчас находится Хрущ? Мы живем на информационной бомбе которая может сработать в любой момент! Почему носитель государственных секретов не был нейтрализован? Каждому здесь из присутствующих было ясно — команда на ликвидацию от вышестоящего руководства не поступит, это политический момент! Можно, я бы даже сказал нужно, было проявить свою инициативу! Что мы видим в итоге: Кукурузник исчез, скорее всего из-за предательства или сговора с определенными людьми нашего ведомства, по другому сами понимаете такая операция пройти не могла. Партия доверила нам защиту страны, а мы, вернее девятое управление показала свою полную несостоятельность. Что будет дальше? Покушение на членов Политбюро и Совета министров? На Генерального секретаря? Исчерпывающие выводы не сделаны, виновники не наказаны, ограничились никому не нужными стрелочниками. Товарищей из партконтроля вводите в заблуждение различными отписками, а кто как не они должны контролировать нашу деятельность! Леонид Ильич на последнем пленуме ясно обозначил наши задачи — Укреплять и защищать! У нас же полное игнорирование слов Генерального секретаря, саботаж политической воли руководства! Это я считаю недопустимо! Взять хотя бы мою группу специального назначения, полное игнорирование наших требований по оружию и оснащению. Собственной базы с полигоном и стрельбищем нет, тренируемся в обыкновенном спортзале! Кто-то не хочет чтобы мы были всесторонне подготовлены для выполнения специальных задач поставленных Центральным Комитетом и Партийным контролем. Вопреки устроенному саботажу, моя группа готова к немедленным действиям и различным сценариям, ждем приказа руководства коммунистической партии, — немного пафосно закончил Итон.
Когда он сел, в кабинете стояла мертвая тишина. Безопасники по своей специфике люди очень подозрительные и недоверчивые, везде ищущие второе дно. Сейчас они старались проанализировать речь полковника и сделать определенные выводы, которые были крайне неутешительные: отсидеться уже не получится, хитрый Итон решил лечь под Пельше, а тот своих людей в обиду не даст. В голове у каждого крутилось несколько вопросов: Для чего? Почему сейчас? И что будет дальше? Результат получался только один — наверху началась борьба за власть Брежнева с Подгорным, чистки неугодных в их ведомстве неизбежны. Полковник в отличие от них ловко прогнулся, по видимому что-то знал, или скорее всего договорился с Пельше, Возражать Итону, а стало быть подставляться, дураков не нашлось, только начальник девятки что-то пытался сказать в своё оправдание, но и он понимал что его уже списали. Исполняющий обязанности председателя КГБ хмурился, в голове прокручивал различные сценарии дальнейших действий. То что его не утвердят главой Комитета это одно, но вот то что за этим последует дальше….
Сидевший на совещании представитель партконтроля записал эмоциональную речь Итона, которая уже через два часа лежала на столе Пельше. Тот перечитал её несколько раз, подчеркивая некоторые слова и ставя на полях пометки.