В расстройстве Машенька отправилась к Ивлеву, но он оказался порядочным человеком. Не бросил жену с ребёнком, да и Машеньку выпроводил.
Дальше ещё интересней. Отец занимает деньги у Мануилова и покупает два магазина. Развернулся он хорошо, и торговля пошла бойко. Но ему не хотелось возвращать долг. Он подсылает Марию к Мануилову секретаршей, а в последствии она должна была стать его любовницей. Но у отца ничего не вышло, Мануилов предпочитает мужчин.
Владимир остановился и посмотрев на Яну и Машу, удостоверился, что его слушают.
- Проблемы начались недавно. Подошёл срок отдавать деньги, а ещё набежали проценты. Отец приобрёл товар по дешёвке, а он оказался испорченным, его пришлось ликвидировать. Ещё нарвался на мошенников и потерял крупную сумму денег. Пьяница Раков Николай похвастался перед братом, что имеет такого киллера, который убьёт Мануилова, если он прикажет. На другой день, протрезвев он осознаёт, что своим хвастовством сильно подставился, так как прекрасно знал о моих принципах.
Тогда он придумывает план в двух вариантах. Первый, это как будто бы за мной начинают гоняться парни кавказской группировки. Я испугавшись бросаю всё и уезжаю из горда. Они продают мой гараж и рассчитываются с Мануиловым.
Второй вариант. Маша знакомится со мной. Я в неё влюбляюсь. Она рассказывает мне, как негодяй над ней издевался, и я по их замыслу, в порыве гнева, за издевательства над моей любимой, убиваю его. Нет Мануилова, и не нужно возвращать долг. Я всё правильно изложил или есть поправки? – спросил он, обращаясь к Марии.
- Да, всё верно, - она с трудом сдерживала слёзы и боялась, что они потоком вырвутся из глаз. – Я могу переодеться? – спросила она, понимая, что больше её не потерпят здесь.
- Выходит брат сказал правду? – спросила Яна, прислушиваясь к звукам в комнате. – Как ты могла Маша? Как можно использовать любовь в корыстных целях? Если бы я видела, то убила бы тебя сама. Не понимаю я таких. – она выскочила из комнаты и по коридору затопали её торопливые шаги.
Владимир несколько минут смотрел на дверь за которой исчезла Яна и повернувшись к Марии, глубоко вздохнул.
- Ты сама не подозреваешь, какого врага ты себе нажила, - тихо проговорил он.
- Мне следовало рассказать тебе раньше, но я боялась, очень боялась, а теперь ты не поверишь ни одному моему слову. Объяснять и выворачиваться не имеет смысла, да и нет желания. Выйди, я хочу переодеться, - подойдя к шкафу, сказала она.
- Ложись спать, а утром я тебя отвезу домой, - сказал он, уже подходя к двери.
- Подожди, - остановила она его. – после всего, что ты узнал обо мне, ты оставляешь меня ночевать? – недоверчиво спросила Маша.
- Район у нас глухой, а крутить баранку мне не хочется, да и устал я за последнее время – спокойно объяснил Владимир и вышел.
Оставшись одна, Маша заметалась по комнате, нервно передёргивая плечами. Внутренний голос говорил, что нужно покинуть этот дом сейчас, утром будет ещё хуже. И в то же время она помнила слова Владимира, что район здесь глухой, а значит опасно бродить по ночам. Она остановилась у кровати, пытаясь привести свои мысли в порядок.
Что её ждёт утром? Кроме позора и ненависти со стороны Яны и Владимира, ничего. Наивно было предполагать, что они будут к ней относиться по-прежнему, презрение ожидает её. Нужно бежать, и бежать прямо сейчас. Что сильнее, страх ночи в глухом районе или ненависть и презрение дорогих ей людей?
Она подошла к шкафу, сняла с плечиков платье и замерла с ним в руках, как бы раздумывая, потом решительно переоделась. Подойдя к двери, Маша обернулась и мысленно простилась с комнатой. Она осторожно открыла дверь и вышла в коридор, тускло освещенный одной маленькой лампочкой у лестницы. Она довольно легко справилась с замком и вышла на улицу.
Налетевший холодный ветер с ледяными капельками дождя, заставил её поёжиться. Сыро и неуютно было на улице, однако ещё днём было довольно жарко и светило ласковое солнышко. В полной темноте она добралась до калитки, и тут её охватил ужас. Калитка оказалась закрытой и не было на ней ни ручки, ни замка. Маша в ярости била по калитке кулаками, вымещая всё, что накопилось.
Она поняла, что из двора ей не выбраться и домой попасть тоже, так как закрывая дверь слышала, как защёлкнулся замок. От дождя и холодного ветра негде было укрыться, а в летнем, мокром платье ей было до боли холодно. Маша прислонилась к кирпичной стенке, сползла по ней до холодной сырой земли. Понимая, что она замерзает, обхватила себя руками за плечи, свернулась калачиком, согнув ноги. Ещё мелькнула какая-то мысль, а потом сознание померкло.