- Ты, что серьёзно? – недоверчиво проговорил Владимир.
- Не нужно смотреть на меня с недоверием. Я сказала правду! – разозлилась она, сжимая кулаки, нахмурившись.
- Хорошо, я верю, - успокоил он её, посмотрев на руки. – Только, я думаю, ты сама ей должна всё рассказать.
- Ты смеёшься? Кто я такая? Поверит ли она? Если он скажет, что спал со мной, она воспримет это, как будто я отбиваю его у неё.
- Ты права. Теперь я понимаю, на сколько это серьёзно. Доказательство у тебя на руках.
- Извини Володя, возможно я вмешиваюсь не в своё дело, но всё равно хочу спросить. Ты возил Яну к врачам?
- Нет, мы были в Москве. Я ездил по своим делам.
- У тебя был заказ? Ты там кого-то убил? – спросила она, с испугом глядя на него. И ужаснулась своим словам, вытаращив свои глаза.
- Да успокойся ты, и не смотри на меня так. Я сейчас всё объясню. Я получил телеграмму, вот срочно и пришлось поехать.
Пять лет назад я жестоко пострадал от несправедливости. Человек, виновный в этом, имея деньги и связи, избежал наказания. Он не только не сел в тюрьму, а остался белым и пушистым, как у нас говорят. Этого я не мог вынести и оставить безнаказанным. Пришло решение создать клуб справедливости. Мы с Виктором Николаевичем собрали вокруг себя таких же пострадавших и стали организаторами клуба. Был разработан устав, и мы все ему подчинялись. Руководителем стал Виктор Николаевич, ему принадлежало право решать судьбу виновности. Мы собирали информацию и выносили её на обсуждение.
Как уже говорил, я получил телеграмму, что Виктор Николаевич тяжело болен и хочет меня видеть. У него случился сердечный приступ, и он хотел отойти от дел, предложив мне занять место руководителя. Вникнув во все дела, я пришёл к выводу, что это уже не клуб правосудия, а сборище киллеров и он превратился в чисто криминальную организацию, со всеми криминальными разборками.
За те три года, что я прожил здесь, клуб оброс новыми членами. Устав уже никто не соблюдал, борьба за справедливость отошла на задний план, а на первое место вышли деньги. Сейчас члены клуба простые киллеры без принципов. Среди них есть алчные люди, мечтающие встать во главе власти.
Я, изучив ситуацию, не дал согласия стать руководителем и предложил самоликвидацию клуба. Осталось решить чисто технические вопросы.
- Если я правильно тебя поняла, ты больше не киллер?
- Да, я думал оставить эту работу, но вокруг нас столько несправедливости, что просто не могу обещать.
- Я поступила не справедливо, почему бы тебе не убить меня? – раздражённо спросила Маша, и сама же испугалась своих слов.
- Выходит, ты ничего не поняла. Устав клуба гласил, что убить человека можно только после тщательной проверки его виновности. Если степень вины незначительная, то ему просто предлагалось перебраться в другое место. Страна у нас большая, и очень легко затеряться на её просторах.
- Конкретно возьмём твой случай. Заказали твоё убийство, так как ты любовница и мешаешь спокойно жить. В чём же твоя вина? В том, что стала любовницей? В том, что женщины становятся любовницами виноваты в первую очередь мужчины. А то, что ты угрожаешь их благополучию, так не воруй и будешь спать спокойно. Я понятно объяснил?
- Да, понятно, но ты же знаешь, что вся эта история с любовницей коварный замысел против тебя. Что гласит устав клуба в таком случае?
Ему показалось, что она откровенно посмеивается над ним. Он с усмешкой посмотрел на неё, подумав, что, не смотря на свои годы, она в сущности осталась ребёнком.
- Значит так, дорогая Машенька. Нечего тебе ходить нагишом и соблазнять мальчиков. Я отвезу тебя домой, и ты оденешься должным образом.
Владимир подвёз её к самому подъезду, и Маша, не говоря ни слова пошла переодеваться. Он, посмотрев на дверь, за которой она скрылась, удивился её наивности и уехал.
17
Мария переступила порог гаража с волнением в душе. Вчера она, как на крыльях летела домой, чтобы одеть самое лучшее платье и покрасоваться перед ним, а он бросил её и уехал. Всю ночь она металась по квартире, проливая слёзы по своей несчастной любви. Только сегодня утром приняла решение, во что бы то ни стало добиться его. Даже если для этого, нужно будет пройти через унижение.
В гараже кроме его машины ничего не было. У бара горел свет и Мешков стоял к ней спиной. Играла громкая музыка.
- Мешков, я хочу с тобой поговорить – крикнула она, стараясь перекричать музыку.
Он не обернулся, и она посчитала, что он её не слышит и подошла поближе. Заглянув через плечо, она увидела в его руках стопку, на одну треть, заполненную коньяком. Она осмелела и зашла с другого бока, встала перед ним. Он поднял на неё пьяные глаза и скривил своё лицо в гримасе.