- Нет, я отнеслась к этому спокойно. Я к тому же кое-что и сама знала. А вот для Андрея это действительно было ударом.
- Андрей перенёс это стойко и по-мужски. А вот, почему ты спустилась утром бледная и, как мне показалось, сильно нервничала.
- Ты заметил это, но ничего не сказал? – поинтересовалась она.
- Да, заметил. Но в чём всё-таки дело? Может у тебя что-то болит?
- Нет, у меня ничего не болит. Просто я беременная.
Владимир удивлённо посмотрел на неё и задумался. А так, как он долго молчал, Мария занялась бумагами.
- Извини меня, Маша, - наконец проговорил он.
- За что? – поинтересовалась она.
Да ладно, - махнул Владимир рукой. – Размечтался я тут не по делу.
Он поднялся из-за стола, собираясь покинуть кабинет, но Мария остановила его.
- Меня интересует, почему ты хочешь снизить цены?
- Маша, это тактика, понимаешь? Нужен непрерывный оборот денег, а товар залежался, его никто не покупает. Снизив цену, при том, что другие этого не сделают, люди будут покупать там, где дешевле. Теперь понятна моя тактика?
- Теперь понятна, очень даже понятна.
- Давай ищи, на какие товары можно это сделать, - уже в приказном тоне проговорил он и вышел из кабинета в подсобное помещение. Только он направился в торговый зал, как услышал бас Ивлева.
- Владимир Иванович, машину пригнал – кричал он, размахивая руками на бегу.
- Ты, чего орёшь? – спросил он, подходя к нему.
- Ну, как же Владимир Иванович, вы разве не будете интересоваться, сколько я отдал денег за всю машину?
- Нет, не буду. Не мне же этим торговать.
- Что-то не пойму я твоего равнодушия, - растерялся Ивлев.
- А и понимать нечего. Вот, когда ты поймёшь, что работаешь для себя, а не для меня, тогда не будешь хвалиться за сколько ты приобрёл товар, и на какую сумму. Понял?
- Кажется понял, - неуверенно ответил Иван. – Трудно, понимаешь, сразу перестроиться, Раков каждую копейку проверял. Он думал, что мы больше себе в карман кладём.
- Да, это так и было, - сказала заведующая, стоя за спиной Владимира.
- Ладно, что хоть привёз?
- Яблоки, - ответил Иван.
- Ты их смотрел? – глядя на него в упор, спросил он.
Ивлев замялся, переступая с ноги на ногу.
- Так, значит не смотрел, - сделал вывод Мешков.
- Ты же сам сказал, чтобы после обеда уже торговали, - огрызнулся Иван.
- Быстро Ваня, не значит не глядя. Ты деньги ему отдал?
- Задаток только, а то не хотел ехать.
- Вот сейчас заведующая примет товар и не дай Бог, если он окажется плохим.
- Пугать меня не надо, - проговорил Иван, угрюмо поглядывая на него.
- Пугать? Да ты смеёшься, что ли! Если товар плохой, то сам понимаешь, выручки нет. Значит, ты вместо зарплаты получишь фигу с маслом. Будут стабильные продажи, будут стабильные зарплаты, в достатке будет семья. Если ты украл или обманул сегодня, то поверь мне, это ненадолго и в итоге будущего у тебя нет. Нельзя жить одним днём Ваня, нужно жить так, чтобы самому сытно было и детям осталось.
- Да ладно тебе, читать проповеди мне, - махнул он рукой и тут же повернувшись к водителю, прокричал – открывай свою лавку, смотреть буду, что за товар.
Владимир отошёл в сторону и наблюдал, как Ивлев выгружал машину, придирчиво осматривая каждый ящик, вскрывая его прямо в кузове.
24
Незаметно прошли Новогодние праздники. Впервые за много лет Владимир не праздновал Новый год. Взявшись за магазины, он целиком отдавал себя работе, а ещё нужно было делать свою основную работу в гараже. Он всё так же ремонтировал автомобили, задерживаясь в гараже допоздна, а иногда ночуя там.
Яна была в курсе всего и не обижалась на него. Новый год они встретили дома, вдвоём выпив шампанское под бой курантов.
В магазинах Мешков с первого дня ввёл жёсткую дисциплину. Кто-то одобрял это, кто-то нет. К тому же он безжалостно уволил одного из грузчиков и пожилую продавщицу. Потом выяснилось, что грузчик являлся зятем Николая Ракова и думал, что на этом основании Мешков возьмёт его обратно. Владимир на отрез отказался принять его на работу и рабочие долго обсуждали этот случай.
Вскоре за глаза Мешкова стали звать, Батя. Владимир иногда слышал это своё новое прозвище, но обращать внимание на это было некогда. Когда он появлялся в магазинах, сразу распространялось, Батя приехал или Батя сказал, Батя отправил или Батя прислал. Первый раз в глаза его назвал Батей Ивлев, когда Владимир отправлял его за товаром. После этого, как-то все стали его так называть в глаза. Больше всего поражало его, что даже пожилые продавщицы называют Батя.
С Машей он встречался редко и только по работе. Он видел, какие изменения произошли с ней. Она вникала в дела и отстаивала своё собственное мнение. Это радовало его.