Теперь кампания вышла на новый уровень. Был выдвинут лозунг: «Жить и бороться, как антияпонские партизаны!» Район гор Пэкту было решено превратить в «величественный музей под открытым небом». В тайном лагере были восстановлены домик семьи вождя и дом охраны. Возвышающаяся над ними гора получила название пик Чен Ир, а на ней выбита соответствующая надпись. (Вообще выбивать в горах огромные здравицы в честь вождей или их изречения давно стало традицией в КНДР.) В окрестных лесах стали появляться памятники на местах бивуаков партизан. Даже остатки костра или места полевых палаток стали экспонатами, а каждая походная стоянка круглосуточно охраняется военными. Стволы деревьев, на которых антияпонские борцы вырезали лозунги, тоже аккуратно сохраняют под специальными стеклянными колпаками. В документальном фильме «Великое руководство» рассказывается о подвиге семнадцати народноармейцев, которые погибли при пожаре, спасая эти надписи на деревьях.
Другой туристический комплекс с идеологическим подтекстом был создан в горах Мехян в 150 километрах от Пхеньяна. Это так называемая «Выставка дружбы между народами». Здесь в красивейшем горном ущелье расположился «Музей подарков товарищу Ким Ир Сену» (позже к нему прибавилась отдельная экспозиция с дарами Ким Чен Иру). Подарков за свою долгую жизнь Ким получил много: число экспонатов музея превышает 200 тысяч предметов, начиная с железнодорожного вагона от Сталина. Отдельно содержатся только животные, которых тоже часто дарили вождю. Их сразу передавали в Пхеньянский зоопарк.
Принцип «жить от начала и до конца по-своему» требовал жертв. Робкие попытки привлечь иностранные инвестиции и сделать Северную Корею чуть более открытой для внешнего мира, предпринятые в 1980-е годы, успехом не увенчались. Принятый Народным собранием КНДР закон «О совместном предпринимательстве» не работал. Инвесторы просто боялись работать с оказавшейся в изоляции страной. Едва ли не единственным реализованным проектом стало строительство гостиницы «Янгак» в Пхеньяне совместно с французской фирмой «Бернар Контрактинг».
С другой стороны, все заметнее становился экономический разрыв между Севером и Югом. Признанием успехов Сеула стала победа заявки Республики Корея на право проведения в 1988 году XXIV летней Олимпиады. Ким Ир Сен сразу же выдвинул красивую идею — провести соревнования, на которых корейские спортсмены выступили бы единой командой, на Севере и на Юге одновременно. Не дожидаясь окончательного решения, в Пхеньяне начали возводить олимпийские объекты: был застроен с нуля современными высотными зданиями целый проспект — Кванбок (предполагалось, что там разместится Олимпийская деревня), построен самый большой в мире по вместимости стадион имени Первого мая на 150 тысяч зрителей и другие сооружения.
Но КНДР получила отказ от Международного олимпийского комитета из-за того, что две Кореи формально находились в состоянии войны. Решение обидное и несправедливое: непонятно, как по такой логике могла проводиться Олимпиада в формально воюющей Южной Корее? Пхеньян предлагал мирные инициативы, а от него ждали провокаций. Южнокорейская пресса писала о диверсантах, которые якобы должны были взрывать стадионы в Сеуле. И даже в строительстве Кымгансанской ГЭС на Севере заподозрили подготовку «операции по нанесению водного удара».
Своеобразным ответом Олимпиаде стал XIII фестиваль молодежи и студентов. Традиционно проводившийся в странах социализма форум впервые состоялся в Азии. Он проходил в Пхеньяне с 1 по 8 июля 1989 года с участием делегаций 179 стран. Для него и была задействована Олимпийская деревня и прочая инфраструктура. Главной героиней форума стала южнокорейская студентка Лим Су Ген. Агитируя за объединение страны, по окончании фестиваля она перешла границу в Панмунчжоне. На Юге Лим была арестована и получила пять лет тюрьмы.
Гости фестиваля, среди которых было немало студентов из СССР, вспоминают, что тогда специальным распоряжением власти запретили ношение джинсов. К иностранцам, правда, эти запреты не относились. В моде у корейцев была джампа — напоминающий военную форму зеленого цвета костюм на молнии, который носят без рубашки. Джампу еще называют «кимченировкой», поскольку первым ее стал носить любимый руководитель. Он запечатлен в этом костюме на многих фотографиях.
Пхеньянский фестиваль стал последним единым мероприятием социалистического мира. Уже во второй половине 1989 года один за другим стали рушиться коммунистические режимы в Восточной Европе, а вскоре с оглушительным грохотом развалился на части и некогда всесильный колосс СССР.