Сам Ким не был кровожадным человеком. Как и свою роль вождя, он воспринимал такую Жесткую репрессивную систему как некую необходимую функцию. Он мог расплакаться, получив помощь от Сталина во время войны или обняв старого соратника по партизанской борьбе, но был беспощаден к тем, кого считал преступниками против государства и собственного режима, а эти понятия он не разделял никогда.
…Приближалось 15 апреля 1972 года, день 60-летия Кима. Он был в хорошей форме и чувствовал себя моложе своих лет. И тем не менее в преддверии юбилея его все чаще посещали мысли о выборе преемника. «Я ведь не бессмертен. Скоро уже шестьдесят, и кто знает, что будет дальше, — размышлял он, глядя на клонящееся к горизонту солнце. — А что произойдет, когда меня не станет? Не появятся ли новые ревизионисты, не выползут ли из нор затаившиеся там Хрущевы — предатели Родины и социализма? Нет, я должен предотвратить это».
Ким взял трубку: «Соедини меня с Чен Иром». Вскоре на другом конце провода раздался его взволнованный голос:
— Да, отец. Что-то случилось?
— Ничего, сынок. Погода хорошая, не хочешь ли прогуляться? Заодно осмотрим и новый памятник.
— Конечно, отец.
Через пару минут в дверь осторожно постучали: «Дорогой вождь, машина подана». Ким надел поверх френча легкое демисезонное пальто и спустился вниз по лестнице. Машина помчалась по улице, проехала пару кварталов и остановилась у широкой лестницы.
При появлении Ким Ир Сена сидевшие на корточках и что-то обсуждавшие рабочие, вместо того чтобы класть плитку возле монумента, вскочили на ноги и схватились за носилки. «Ну как дела, как идет работа? Всем довольны?» — подошел к ним с улыбкой Ким. «Спасибо, вождь-отец, у нас все хорошо», — отвечали они, вытянувшись в струнку. Впрочем, один молодой парень, смущаясь от волнения, протянул ему листок бумаги. Зная о том, что Ким любит лично руководить на месте на городских объектах, многие пхеньянцы носили в карманах записки, которые могли в случае встречи с вождем передать ему. Рабочий жаловался, что в прошлом месяце вместо риса ему выдали кукурузу, и просил выделить дополнительный паек для семьи, в которой только что родился первенец. Он отдал записку подошедшему Ким Чен Иру: «Нужно разобраться, в чем дело. Негоже обижать наших героических строителей — гордость нации. Предлагаю выдать кукурузу вместо риса ответственным работникам Пхеньянского горкома партии, ответственным за выдачу продуктов. Пусть знают, как живет народ. Выделите ему паек и накройте от меня праздничный стол по случаю рождения мальчика. Он появился на свет в счастливую эпоху. Дети — короли страны, тем более дети рабочих, мы должны делать для них все».
Отец и сын стали подниматься по лестнице. Перед их глазами на холме Мансу раскрылась величественная картина. Грандиозная, 22-метровая бронзовая статуя вождя, простирающего руку над своей столицей. За ней — мозаичное панно, изображающее священную гору Пэкту. Ниже волнами вздымающиеся мраморные красные флаги и скульптурные группы, изображающие антияпонских партизан, солдат, крестьян и рабочих. Ким смотрел на все это и думал о том, что после его смерти этот памятник не будет снесен, подобно статуям Сталина в СССР и в Восточной Европе. Об этом должен позаботиться стоящий рядом Ким Чен Ир.
Ким Чен Ир родился в 1942 году. Его детство, хотя он и был сыном вождя, не было спокойным и безоблачным. Большой травмой для мальчика семи лет от роду стала смерть матери. Вскоре началась Корейская война, и вместе с сестрой его эвакуировали в Китай. Несколько лет он не виделся с отцом. После возвращения домой учился в пхеньянской начальной школе № 4 и средней школе № 1.
В 1960 году Ким-младший поступил в университет имени своего отца, который окончил через четыре года, защитив диссертацию на тему «Место и роль уезда в социалистическом строительстве» и получив диплом по специальности «политэкономия». Теоретические знания он закреплял, проходя трудовую практику на Пхеньянском заводе ткацкого оборудования.
Партбилет члена Трудовой партии Кореи Ким Чен Ир получил в 1961 году, а по окончании института началась его партийная карьера. В аппарате ЦК ТПК он занимал должности инструктора, заместителя заведующего, а затем — заведующего отделом ЦК. Уже в это время его начинали готовить к тому, чтобы в будущем возглавить страну. Ким Чен Ир сопровождал отца во время руководства на месте, на встречах с дипломатами, в поездках по стране и за рубеж, занимался обеспечением его безопасности.