Но далее вновь начались расхождения. Пак Чон Хи выступил с предложением о раздельном вступлении двух Корей в ООН по образцу ФРГ и ГДР. Ким Ир Сен был категорически против. Он аргументировал это тем, что Германия в прошлом была агрессивным милитаристским государством и после войны была разделена две части, чтобы такого не повторилось. Корея же никогда не совершала агрессии против другой страны, была колонией и получила освобождение. И потому не должна оставаться в расколотом состоянии. Он предложил свой план — устранение конфронтации, налаживание сотрудничества, созыв Великого национального собрания из представителей Севера и Юга и вступление в ООН объединенной Кореи.
Переговоры прервало покушение на южнокорейского президента в 1974 году, в ходе которого погибла его жена. В Пака стрелял студент из Японии, который, как сочли на Юге, был причастен к деятельности северокорейских организаций. В 1975 году произошел еще один серьезный инцидент. На линии безопасности 38-й параллели были убиты двое пересекших ее американских солдат. После этого диалог был в очередной раз заморожен.
На Юге по-прежнему боялись войны с Севером и возлагали главные надежды на Америку.
А в США президент Ричард Никсон искал новые пути взаимодействия с азиатскими государствами. В 1972 году он нанес визит в Пекин. Ким Ир Сен прокомментировал это в соответствии с конфуцианской традицией. Мол, раз он поехал к своему врагу, значит, признал свою слабость. Не Мао едет в Вашингтон, а Никсон «приполз на коленях» в Китай. Тем не менее визит достиг своей цели: в китайско-американских отношениях началось резкое потепление.
В соответствии с Гуамской доктриной Никсона Америка планировала снижать свое прямое военное вовлечение в дела региона и начала сокращать воинский контингент в Южной Корее. Это вызвало переполох в Сеуле. Было решено тушить пожар деньгами по методам, принятым в PK, где коррупция является одной из главных проблем. Южане решили попросту подкупить американскую элиту, что вылилось в итоге в грандиозный скандал «Кореягейт».
Ключевой его фигурой стал бизнесмен Пак Тон Сон, ведший активную светскую жизнь в Вашингтоне и организовывавший вечеринки и прочий приятный отдых для влиятельных лиц США. Когда Пака однажды задержали на таможне, у него нашли список с именами конгрессменов и чиновников Госдепартамента, около фамилий которых стояли суммы со многими нулями. Еще одним «героем» «Кореягейта» стал знакомый нам бывший узник северокорейского концлагеря Мун Сон Мён. К этому времени его церковь Объединения разрослась до настоящей бизнес-империи. Ее адептов обвинили в организации сексуальных оргий для элиты американской политики, для чего использовалась детская балетная труппа «Маленькие ангелы». Детям объясняли, что они, как патриоты, должны выполнять специальное задание, необходимое для процветания Кореи.
Верным союзником США и Южной Кореи стало еще одно государство — Япония. А вот у Северной Кореи отношения с соседней страной так и остались замороженными со времен оккупации. Северокорейская пропаганда не уставала подчеркивать, что «япошки» — исторические враги корейской нации, напоминая об ужасах оккупации. Даже в современном северокорейском фильме «Суперкрупные аморальные преступления» про японцев сказано: «…они насиловали наших женщин, убивали наших собак и вбивали гвозди в нашу землю». Подразумевается, что они совершили самое страшное — пытались убить дух Кореи, вбивая гвозди в определенные сакральные точки тела страны (своего рода негативный фэншуй — символическая практика освоения пространства).
Ким Ир Сен любил апеллировать к национальным чувствам, поминая японцам их истинные и мнимые прегрешения. «По своему вкусу мясо коровы корейской породы занимает первое место среди всех вкусов говядины, — рассказывал он, давая указания о снабжении пхеньянцев продовольствием. — А японцы говорят, что у японской коровы самое вкусное мясо. Между тем порода коров, которую они называют японской, происходит от корейской породы. Как-то раз японцы подарили мне коров. Мы сделали анализ их крови и убедились в том, что она не отличается по своему составу от крови корейской породы. Это говорит о том, что японская корова произошла от корейской. В прошлом японские империалисты, долгое время оккупируя нашу страну, насильственно вывезли в свою страну бесчисленное множество коров. Теперь они развели корейских коров, отнятых у нас, и говорят, что это японская порода»13.
Дипломатические отношения между странами после 1945 года так и не были установлены. Однако в Японии осталось немало корейцев, которые были вывезены в свое время на принудительные работы либо учились в местных университетах. Причем они по-прежнему подвергались дискриминации и не получили японское гражданство. Тогда им на помощь пришла Северная Корея. В 1955 году был создан «Чхонрен» — ассоциация корейских граждан в Японии. Большинство из полумиллиона японских корейцев получили гражданство КНДР, многие впоследствии вернулись на Родину. Одновременно «Чхонрен» в силу успешного ведения бизнеса диаспорой стал важным источником поступления средств для режима Кима.