В общем и целом Чон Ду Хван был похож на своего предшественника: военный, склонный к жестким методам и авторитарному руководству, правый политик и заядлый антикоммунист. Недаром северокорейские СМИ именовали его не иначе как «известный фашист» или просто «Иуда». На Юге выражались иначе: «11-й выпуск военной академии отодвинул от власти 8-й». Основное его отличие с Паком состояло в том, что тот принадлежал к более старшему поколению, которое учили японцы, а Чон получил американское военное образование.
Разборки в верхах вылились в бои на улицах Сеула. Сторонники Чон Ду Хвана победили. Однако множество корейцев вовсе не горели желанием от одного военного диктатора перейти под власть другого. По всей стране проходили демонстрации протеста, главную роль в которых играли студенты. Особенного размаха они достигли в городе Кванчжу, где в мае 1980 года митингующим удалось на несколько дней взять власть в свои руки.
Чон объявил, что за событиями в Кванчжу стоит Северная Корея, хотя никаких доказательств не было. В город были введены войска. С восставшими расправились крайне жестоко: людей давили танками и расстреливали прямо на улицах. Счет убитым шел на сотни, раненым и арестованным — на тысячи. «Бойня в Кванчжу» стала одним из ключевых эпизодов в современной истории, сравнимых с разгоном молодежи на площади Тяньаньмэнь в Пекине в 1989-м или «черным октябрем» 1993-го в Москве.
Вскоре Чон Ду Хван вступил в должность президента. А 9 октября 1983 года в Бирме на него произошло покушение. Во время визита южнокорейской делегации в Рангун был взорван мавзолей основателя современной Бирмы Аун Сана. Взрыв был такой силы, что погиб 21 и были ранены 26 человек. Сам Чон уцелел только потому, что опоздал к началу торжественной церемонии. В результате расследования, проводившегося бирманскими спецслужбами, было установлено, что виновны трое северокорейских граждан. Двое из них, оставшиеся в живых, были приговорены к смерти, а дипломатические отношения между Бирмой и КНДР разорваны.
Следующий подобный эпизод произошел в 1987 году. Над Андаманским морем близ той же Бирмы пропал лайнер, летевший по маршруту Багдад — Сеул. Вскоре полицией была задержана девушка Ким Хён Хи. После допросов она призналась, что пронесла на борт взрывное устройство, а затем сошла с самолета. И что действовала она по заданию северокорейских спецслужб.
Правда, немало вопросов вызвала ее дальнейшая судьба, Ким Хён Хи была приговорена к смертной казни, однако уже в 1990 году раскаялась и была освобождена. А затем поступила на работу в южнокорейскую разведку. Содержавшаяся тогда же в тюрьме студентка Лим Су Ген вспоминала, что эта узница в заключении свободно перемещалась по зданию тюрьмы. Поэтому С. Курбанов не исключает, что взрыв мог быть и южнокорейской провокацией.
…В Москве сменилась власть. На смену Леониду Брежневу пришел Юрий Андропов. Преемник Андропова на посту главы КГБ Владимир Крючков в своих воспоминаниях «Личность и власть» пишет: «В последние годы у меня было несколько встреч с нынешним лидером КНДР Ким Чен Иром. Он рассказывал мне о том, что его отец Ким Ир Сен в бытность лидером Северной Кореи неоднократно встречался с Андроповым и очень высоко отзывался о нем. Я вспоминаю, что в свою очередь и Юрий Владимирович неоднократно возвращался к своим встречам с Ким Ир Сеном, отмечал его высокий интеллект, организаторские способности. За его мягкой манерой общения, замечал Андропов, чувствовалась колоритная личность большого масштаба»14.
Были у Ким Ир Сена в тогдашнем советском руководстве и весьма влиятельные недоброжелатели во главе с секретарем ЦК КПСС по идеологии Михаилом Сусловым. Хранитель устоев марксизма еще в 1955 году вместе с Вячеславом Молотовым написал докладную записку с критикой партийного руководства КНДР, которое, по его мнению, дискредитировало марксизм. Особенно критично он отнесся к возвышению Ким Чен Ира и назначению его преемником. Однако в 1982 году Михаил Андреевич скончался, вслед за ним ушел в мир иной и Юрий Владимирович. Новым генеральным секретарем стал Константин Черненко.