Дядя Донован потрясенно смотрел на Кимберли.
– Ты выходишь замуж за сына Абрахама Сен Дени? Этого напыщенного хлыща? Почему ты раньше не сказала?
– Ты не спрашивал, – Кимберли кусала губы и умоляюще смотрела на дядю Донована.
– Ладно, – вид дяди Донована был мрачен и решителен, – сегодня вечером. Придешь ровно в семь часов вечера. Не опаздывай. К утру мы должны вернуться в поместье. Во сколько парад невест?
– Начало в двенадцать.
– Успеем.
***
Кимберли думала, что время до вечера будет тянутся нескончаемо долго, но бесконечные предсвадебные хлопоты не дали девушке и минуты передышки. Сразу после того, как она вернулась от дяди Донована, привезли украшения для парада. Кимберли облачили в платье, на котором ей предстояло блеснуть на параде невест, а затем мама, тетушки, бабушки, сестры, приглашенные ювелиры, дизайнеры и астрологи принялись наперебой давать многочисленные советы, какие аксессуары должны быть надеты на парадный выезд Ким.
– Невеста – это воплощение невинности, – трубным басом вещала бабушка Юдифь, матушка господина Маршала. – Пусть наденет маленькие серьги с небольшим бриллиантом – скромно и достойно!
– Матушка, скромность еще никого не украсила! – отрезала мама Кимберли, и ее гулким хором поддержала армия тетушек. – Кимберли должна блистать! Ким, ты наденешь вот эти – длинные с рубинами и бриллиантами!
Тяжелые серьги оттягивали Кимберли уши, и она отказалась от них наотрез.
Единственное, в чем сошлись единогласно – Кимберли должна надеть рубины, они невероятно шли к ее темно-синим глазам и волосам.
Сошлись на серьгах с крупным рубином в мелком обрамлении многочисленных бриллиантов в форме звезды.
Выбор украшения на шею и запястья прошел быстрее – подбирали под серьги. Внезапно мама спохватилась, что на парад принято надевать подарок жениха, но тонкий золотой браслетик с вкраплением нежно-голубых камней, подаренный Робертом Сен Дени смотрелся на загорелой руке Кимберли инородным телом и было принято единодушное решение: забыть на завтрашний день нелепый обычай.
– Подаришь своей дочери, когда она родится, – небрежно сказала мама, обращаясь к Ким, и ловким броском забросила подарок Роберта в ящик туалетного стола.
После украшений пришло время туфель и сумочки и тут чуть не передрались два приглашенных астролога.
– Сумку круглой формы в период растущей луны, да вы с ума сошли?! – вопил мистер Лонг, потрясая тощими кулачками. – Хотите обречь бедную девушку на вечное скитание?
– Но на ней золотые узоры! Узоры, невежественный вы человек! Сочетание узоров и круглой формы в период растущей луны предвещает процветание!
Сошлись на сумке овальной формы с золотыми узорами на черном фоне, что в период растущей луны должно было предвещать богатство и плодородие. Кимберли подумала про себя, что ничего не имеет против скитаний, но кому это интересно?
Ближе к вечеру Кимберли запаниковала. Стрелки уже перевалили за восемнадцать ноль-ноль, а бесконечные совещания по поводу завтрашнего парада не прекращались.
Наконец Кимберли громко и демонстративно зевнула и громким шепотом спросила у мамы, успеет ли она выспаться и отдохнуть перед парадом? Не хотелось бы встать с черными кругами под глазами.
Известие про «черные круги» напугало компанию до полусмерти. Тетушки всполошились, мама побледнела, а приглашенные специалисты стали спешно собирать свой многочисленный скарб.
Мама распорядилась отнести в спальню Ким молоко и печенье и строго настрого наказала всем не подходить к комнате невесты до утра, чтобы ничем не обеспокоить ее крепкий и здоровый сон. Лучшего и придумать было нельзя!
Кимберли показательно зевнула еще пару раз и всех ее помощников, как ветром сдуло! До семи часов вечера оставалось ровно пятнадцать минут. Кимберли, тщательно занавесила окна, сунула под одеяло свои старые игрушки, придавая одеялу форму спящего человека и, никем не замеченная, покинула свою комнату.