Глава 14
К поздравлениям Кимберли с победой присоединился и Ловкач Джек. Ловкач прошел третий тур, и вместе с Феликсом и дядей Донованом они образовали команду-тройку, ту, что будет биться в финале.
– Обещают приз в сто золотых, – доложил Ловкач Джек. – Если победим, я женюсь на какой-нибудь красотке!
– То же самое ты говорил в прошлом году, – не поверил ему дядя Донован, – а куда ты дел свой выигрыш?
– Вложил его в бизнес, ты же знаешь, – отвечал Ловкач Джек, сокрушенно поглаживая свою лысину. – Кто мог предугадать, что бизнес прогорит?
– Все! – со смехом отвечал ему Капитан Нью́тон. – Все, у кого есть хоть капля ума могли предугадать, что такой бизнес прогорит. Интересно, кто вообще дал тебе кличку Ловкач? Тебя же ребенок способен обвести вокруг пальца.
На локте Капитана повисла красотка Дейзи и хихикала, вторя его словам. Видимо, Капитан Нью́тон был прощен.
– А что за бизнес? – полюбопытствовала Кимберли.
– Беспроигрышный вариант, – заверил ее Ловкач Джек. – Надо было вложить деньги в доход компании, а через три месяца на эту сумму начисляются дивиденды, и сумма увеличивается в десять раз!
– Ты хочешь сказать, что есть люди, которым я даю один золотой, а через три дня они готовы вернуть мне десять? – не поверила Кимберли.
– Ну, разумеется, – подтвердил Ловкач. – Ведь деньги не просто лежат, они работают, приносят прибыль…
– Так почему же ты потерял свои деньги?
– Видишь ли, там много факторов…
– Ты просто не можешь примириться с тем, что тебя надули, – грубовато перебил его Капитан Нью́тон.
Ловкач Джек обиделся, но возразить ему было нечего и потому он решил поддеть приятеля.
– А что у тебя со щекой, Капитан? – невинно спросил Ловкач. – Комар укусил? Вроде бы она у тебя распухла…
Капитан Нью́тон покосился на Дейзи и осторожно потрогал действительно припухшую щеку.
– Комар, – неохотно признал он. – Крупный такой комар. Малярийный, наверное.
Дейзи возмущенно хлопнула его сложенным веером по руке, Феликс Ньютон покорно замолчал и с улыбкой чмокнул Дейзи в напудренную щеку.
– Нам надо бежать, дорогая! У Красавчика Кима начинается последний тур.
Дейзи пожелала Кимберли удачи и сказала, что ее подруги очень хотели бы познакомиться с новым другом Капитана Нью́тона поближе. Кимберли пообещала, что непременно навестит гостеприимных подруг Дейзи «в следующий раз».
По дороге к Арене, Кимберли поинтересовалась у Капитана Нью́тона, почему он терпит такое к себе отношение?
– В каком смысле? – не понял Капитан.
– Ну, эта Дейзи… Она же ударила тебя при всех. Оскорбила!
– Разве женщина может оскорбить? – неожиданно мягко улыбнулся Феликс Нью́тон. – А ударила… Ну, значит было за что.
– Но она же из притона… или как вы там это называете?
– Притон разврата? – рассмеялся Капитан. – Ну, да она оттуда.
– Так как ты можешь терпеть пощечины от такой… девушки?! – недоумевала Кимберли.
Капитан Нью́тон снисходительно потрепал Кимберли по плечу.
– Эти девушки делятся на две категории, малыш: первые приходят в притон не от хорошей жизни, а другие мм-м-м… я бы сказал из любви к искусству. Я не знаю, на что я бы пошел окажись я на месте первых, так как я могу осуждать их? И я искренне разделяю увлечение вторых, так кто я такой чтобы осуждать и этих? Вот и выходит, что нет у меня такого права – судить. Да и ни у кого нет.
Кимберли посмотрела на Капитана Нью́тона недоверчиво. В Академии Прекрасных Дев воспитанницам рассказывали о притонах разврата и Кимберли была убеждена, что падшие женщины прокляты во веки веков и осуждаемы всеми достойными членами общества. Неужели Капитан настолько порочен, что с легкостью готов сосуществовать с этими париями и оказывать им знаки внимания? А как же дядя Донован? Он тоже разделяет мнение своего приятеля?
«Спрошу у дяди при случае», – решила Кимберли.
***
Кимберли так и не встретила в бою, своих ожидаемых противников: Торпеду Сэма и Акулу Бруно, тех самых юнцов, из-за перепалки с которыми все началось.
Торпеда Сэм и Акула Бруно успешно завершили бои на выбывание и вышли во второй тур, а бой Кимберли все не объявляли. Дамы на трибунах сходили с ума и требовали «Красавчика Кима».