Когда лодка причалила к пристани, утро уже набирало свои обороты. Пирс заполнили снующие люди: матросы, грузчики, пассажиры, увешанные корзинами и чемоданами. Воздух наполнился терпким ароматом специй: где-то порвался мешок с острыми пряностями, и все дружно чихали, проклиная раззяв грузчиков, которые не смогли уберечь товар.
– Капюшон, – коротко напомнил дядя Донован и Кимберли послушно спрятала лицо.
Бросив старику-капитану несколько монет, дядя Донован и Кимберли покинули судно и выбрались на дорогу. Подходящий экипаж нашелся сразу и спустя несколько минут дядя и его племянница оказались возле поместья Куи́нн. Дядя Донован оглянулся по сторонам, убедился, что улица пуста и открыл ключом потайную калитку.
Несколько минут понадобилось Кимберли, чтобы переодеться в свою одежду, после чего она привычным путем покинула домик дяди и, наконец, оказалась в своей комнате.
Глава 16
В доме, где располагались комнаты дочерей Имперского Маршала было тихо. Никто не заметил длительное отсутствие Кимберли. Девушка разобрала свой муляж, имитирующий спящую фигуру, и с наслаждением вытянулась на кровати. Стрелки часов показывали шесть утра. Кимберли подумала, что раньше, чем через три часа никто не осмелится ее будить и решила вовсе не спать, всё равно ей не уснуть, настолько был перевозбужден ее насыщенный событиями мозг, но едва она успела додумать эту мысль, как веки ее сомкнулись и Кимберли уснула крепким, безмятежным сном.
В отличие от нее Бродяга Донован уснуть не мог. Беспокойные мысли не давали ему усидеть на месте, и он мерял широкими шагами твердую брусчатку перед своим домом в дальнем конце поместья. Низенькая прислужница присеменила из прачечной, чтобы поменять белье в его комнате, но увидав беспокойные метания Донована не решилась к нему приблизиться и, поминая Святых Инквизиторов, удалилась незамеченная от греха подальше.
Наконец, Донован Куи́нн остановился и судя по выражению его нахмуренного лица принял непростое решение. Он вздохнул, расправил крепкие плечи бойца и быстрым шагом направился в центральную часть поместья – в дом своего старшего брата.
Нолан Куи́нн по случаю парада невест, в которым не последнюю роль играла его дочь, был дома и даже еще не вставал с постели в это раннее утро. Его брат, отбросив церемонии нетерпеливо постучал в дверь его спальни.
– Нолан! – голос Донована был нетерпелив. – Нолан открой – это срочно!
Маршал открыл без промедления и окинув быстрым взглядом пустынный коридор, втолкнул брата в комнату.
– Какого черта, Донован?
Маршал был не один. В его постели, прикрываясь одеялом испуганно притаилась молоденькая девушка-служанка.
– Извини, что помешал, – ухмыльнулся Донован.
– Что могло случиться такого, что ты ворвался ко мне ни свет не заря? – поинтересовался Маршал. В его голосе звучало плохо скрытое беспокойство.
Донован помедлил с ответом и выразительно посмотрел на молоденькую служанку.
– Уходи, – не глядя на девушку велел Маршал.
Девушка выскользнула из-под одеяла и нагнулась, подбирая платье, чулки и передник, разбросанные на полу. Донован смотрел на ее круглый упругий зад с нескрываемым интересом.
– Так что случилось? – повторил Маршал, едва за девушкой закрылась дверь.
Донован приоткрыл дверь, убедился, что служанка ушла и только после этого произнес: «Кимберли».
Брови Маршала поползли вверх, весь его вид выражал крайнее волнение.
– Кто-то увидел? Узнал, что она…
– Нет, – успокоил брата Донован. – Кимберли умеет скрывать своего зверя, с этим все в порядке (про инцидент с Торнадо Франком Донован умолчал).
– Я узнал, что ты собираешься выдать Кимберли замуж за сына Абрахама Сен Дени.
– Да. И почему тебя это волнует? – поинтересовался Маршал, делая акцент на слове «тебя». Он всем своим видом показывал, что это абсолютно не касается Донована.
– Меня волнует, – не обращая внимание на тон брата подтвердил Донован. – Ты прекрасно знаешь, кто такой Абрахам Сен Дени – тупой мелкий клерк, готовый выслужиться перед всяким, кто выше по званию и унизить всякого, кто ниже! Неужели Кимберли не заслужила ничего лучшего, чем его сын?!