Отец встал и косой походкой скрылся за дверью. Тяжело ему. Но он справится. Кин верит в отца и верит в то, что всё будет в порядке. Боги спасут его от смерти. И вот незадача или удача, Кину — расхотелось есть совсем. Стоит тогда преподнести еду Богам, помолиться и заняться делом.
Выйдя с тарелкой на улицу, мальчик стал удаляться в чащу. Алтарь Богов стоит на старом холме, где по легендам когда-то была башня уходящая далеко за небо.
Кину кажется эта легенда глупостью. Земля на холме совсем не пригодна для строительства. Вся липкая и размокшая. Пару раз он и отец даже теряли тут свои ботинки, не в силах вытащить их из ям. Поставить башню здесь — абсолютно глупое решение. Да и невозможно это.
На холме стоит пять обликов Богов. Статуи, как называет их отец. Высеченные из белого камня, усеянные травой и лозами с ближайших деревьев. Статуи стоят неподвижно веками. В них нет силы, нет красоты и нет божественности. Они давно забыты местными. Всё из-за того, что Император создал новую веру со своими Богами.
Кин стал накладывать по ложке еды к основаниям статуй.
Первым, кому он поклонился, стал четырёх крылый человек в доспехах и в закрытом шлеме. В левой руке статуя крепко держит копьё, направленное на смотрящего, а правой рукой тянется куда-то вверх, к небу. Странно всё это. Крылатых людей не бывает, говорит отец. А он ведь прошёл буквально весь материк. Имени у этого бога нет. Как и не понятно за что он отвечает. Но скорее всего он означает силу, а значит, может он — Война?
Второй статуей стала фигура, укрытая плащом. Рука из-под плаща держит кинжал. Лица не видно, как не смотри. С тёмного кинжала постоянно падают дождевые капли. А ведь дождя давно не было… Имя этой фигуры Ноктюрн. Он или она, а если быть точнее - оно, способно принимать любой облик. Покровительствует скрытным убийствам, хаосу и жажде наживы. Во всяком случае, так написано на пьедестале…
Третьей статуей стала весьма пошлое изображение Богини. Пускай на ней и была «ткань» укрывающая самое сокровенное, но её было слишком мало для сокрытия изгибов и уж тем более её… размеров. Статуя изображает плодородие, любовь и похоть. Имя ей Розмарин.
Четвёртым стала статуя с расставленными в разные стороны руками и «вскрытыми» венами. Отец говорит, что возможно, это статуя упыря, из-за которого человек когда-то заразился вампиризмом. Самодовольная улыбка, скучающие глаза, с левой стороны шеи удалось заметить две маленькие дырки, словно статую кто-то укусил. Имя начинается на Н, а дальше всё уже стёрлось.
Последней, но стоящей в самой середине и самой главной в пантеоне стала статуя богини ночи. Ноги её не касаются земли из-за длинных волос, обвивающих всё тело и благодаря которым она «парит». Глаза её закрыты, словно чего-то ожидают. Указательный палец левой руки показывает на Розмарин. Её имя Минорра. Богиня страха, монстров и ненависти.
Еда кончилась.
Кин, конечно, не верующий человек и понимает, что подобные дары забирают себе животные и птицы. Но если всё же они есть где-то там, на небе, глубоко под землёй или где-то ещё невероятно далеко, и они как-то помогут его отцу, то сам Кин станет самым благодарным и верующим. Ещё раз поклонившись всем, он ушёл обратно домой.
Остаток дня Кин провёл в приготовлениях к зиме. Дровами нужно забить весь дом. А уже завтра с утра он отправится на охоту.
Мальчик уснул под пение ночных птиц, завывания волков и далёкий шум качающихся деревьев…
Глава 2. Гости
Ночь на редкость молчаливая. Ночные птицы упорхали на запад. Деревья перестали качаться, словно заснули, подражая людям. Даже ветер перестал завывать. Внезапно раздался до невыносимости оглушительно пронзительный звук горна. Далёкий звук перемещаться невероятно быстро, моментом достигнув комнаты Кина. Горн длился мгновенье, но так страшно не было никогда. Затишье. Отец не встал. Кин глаза тоже не открыл. Подумал «Наваждение какое» или «Причудилось может». Но тут раздался уже второй горн, ещё более настойчивый и близкий, чем до этого. Стены начали трястись, да так сильно, что вот-вот и повалится весь дом. С потолка опадала пыль прямо на открытое лицо Кина. Деревья за окном сошли с ума. Ветки, наполненные листвой, бились друг о друга, наполняя всё пространство оглушающим треском. Как вдруг тишина… Странная тишина после невероятного рокота заставляла вжиматься в кровать, чуть ли не прогиная её. Отец вновь не встал. А Кин, понявший, что происходит нечто странное, попытался открыть глаза, но не смог. Пальцы рук и ног стали ватными и тяжёлыми, в них более не было гибкости и силы. Думать не получалось, а дыханию что-то препятствовало изнутри. И раздался третий горн, на этот раз самый звонкий и запоминающийся.