- Это шутка? – глаза Веры так и сверлят нас, она поверить не может.
- Нет. Все серьезно. Твой брат забыл про юриста, который поможет тебе с разводом.
- Я не могу…
- Это не обсуждается, - вскидываю я голову. Потом смотрю на притихшую малышню, которые понимают, что речь об их будущем. – Даня, отведи сестру в гостиную, там телевизор включите.
- Я сам, - встает Тимур, - там такая техника, сломают еще.
Я провожаю взглядом малышню и их дядю, не хочу, чтобы они слушали, как я распекаю их маму, по-королевски.
- Вера, ты не имеешь права отказываться, ты мать! Данька психует, боится к отцу идти жить. Так что я не принимаю возражений. В течении трех дней я найду себе жилье и съеду, а тебя завтра жду к одиннадцати часам утра на собеседование. Тебя устраивает такое время?
- Да… - сиплым голосом произносит Вера, а в ее глазах я вижу слезы.
Я слишком строга? Она обиделась? Встаю со стула, и оттого, что не знаю, как поступить, начинаю убирать посуду со стола. Только собираюсь открыть посудомоечную машину, как чувствую объятия. Вера прижалась к моему плечу и всхлипывает.
- Спасибо… ты нереальная… Дядюшка Гор всегда говорил, что ты ангел…
- Нет, я не ангел. Просто мне все это, - обвожу рукой пространство кухни, - это для меня одной слишком. Ты знала моего дядю?
- Знала? Он крестный моего Даньки, все праздники вместе, пикники на даче, все радости и горе…
- Считай, что квартира эта – подарок дядюшки Гора крестнику. Юрист оформит дарственную в ближайшее время. А мне нужна помощница, одна я не справляюсь с его империей, так что настраивайся много и серьезно работать.
Мы так и стоим у мойки, когда в кухню заглядывает Тимур. Он видит мокрое от слез лицо сестры и вопросительно поднимает брови.
- Всё хорошо… - киваю ему.
Из гостиной доносится звук рояля, весьма недурственная пародия на песенку про бабусю и ее двух гусей, а потом слышится и звонкий голосок Янки. Мы переглядываемся и прыскаем со смеху, когда следом летит возмущенный голос Даньки:
- Мала-а-а-я! Заткнись ты со своими гусями уже-е-е!
- Нда-а, весело нам тут будет, Яна все просится в музыкалку, ее учитель по музыке в саду учит всякие песенки играть на пианино, а тут целый рояль нашла!
Мы вместе убираемся в кухне, а потом я провожаю гостей, время уже позднее, дети зевают, устали. У меня на душе так светло, никогда так не было.
- Может, я останусь? – Тимур стоит уже за порогом, но не дает закрыть дверь. Его лицо так близко, что я едва справляюсь с искушением поцеловать пухловатые соблазнительные губы.
- Зачем? – задаю вопрос, хотя так и хочется затащить его в прихожую, в знак согласия.
- Ну… починю кран… какой-нибудь.
- У меня все работает исправно.
- Тогда лампочку вкручу или табуретку отремонтирую.
- Лампочки все горят нормально, а табуреток у меня нет, - смеюсь, вот жук какой, напрашивается на ночь.
- Тогда я…
- Дядя Тим, пошли уже, завтра в садик проспим, - дергает парня за рукав ветровки племянница.
- Да, дядя Тим, отвези уже семейство домой, - толкаю его на лестничную площадку.
- Эх-х-х… - разочарованно выдыхает Тимур. Он взмахивает рукой на прощание и идет к лифту, двери которого держит ногой его сестра.
- Отвези… а потом возвращайся, - выпаливаю я неожиданно даже для себя. Ловлю его радостно-удивленный темный взгляд, и добавляю:
- поможешь мне вещи собрать для переезда.
А что? Мне правда, вещи нужно собрать. И я не могу одна, это жилище давит на меня…
Глава 14.
Ксения
Язык мой – враг мой, вот уж правда. Ну зачем я позвала Тимура, это же очень прозрачный намек на интимные отношения. И что теперь делать, ясно же, что он сейчас приедет не вещи помогать собирать.
Бегу в спальню и роюсь в шкафу, выбирая белье покрасивее, посексуальнее, но вдруг меня как огнем опаляет видение – я открываю ему дверь в кружевном пеньюаре, который держу в руках уже, игриво ему улыбаюсь. Короче выгляжу как развязная и распутная женщина. А вдруг он не ожидает увидеть меня такой?