- Спугнул? Маловероятно. Накатиловские – ребята простые. Ошмонали бы или те, кто напал, или те, кто напавших спугнул. Если же вдруг случайно появился кто из окрестных жителей, то накатиловских этим не смутишь, и сейчас мы бы имели не одно, а два тела. Освобождённых от излишних и им совсем не нужных цацек. А если бы покушавшихся спугнул патруль стражи, то мы бы, мил друг, - с этими словами Сиверс дружески хлопнул по плечу более молодого коллегу, - с вами тут уже с ночи колготились бы. Между тем, тело, с цацками заметьте, спокойно пролежало едва не до утра, после чего и было обнаружено вон им.
Фалнэ, привлекая внимание разведчика, кивнул в сторону Хиама, совсем уже потерявшего дар речи под давлением концентрированного внимания столь важных чинов.
- Опросили? - деловито поинтересовался Тропэн.
- Естественно. Если вкратце, то это его территория ночного сбора трофеев. Ну, знаете, вещи в парке забудут, или еду оставят…
- Понятно. Промысел «чистый» и неподсудный… И что существенного он сказал?
- Тело он увидел примерно тогда, когда уже светать начинало. Точнее не скажет. У него нет часов. Подумал, что труп и спустился. Одежда богатая. Видно, что не нищенка. Могло что ценное заваляться. Ей, как понимаете, уже всё равно, а ему – добыча. Даже за саму одежду местные скупщики какую-никакую монету, а дадут. Та же Мамаша Седран или Рябой Корэн.
- А чего стражу вызвал? Прибарахлился бы да и ушёл восвояси? - хитро прищурившись, сказал Тропэн, кинув быстрый взгляд на Хиама.
- Ну, во-первых, не стражу, а нас. Мужчинка у нас битый и стреляный. Не всегда нищенствовал. Так что градации компетенции ему известны хорошо. Плюс лишнюю «профилактическую» зуботычину от стражи получать ему не с руки. У них с этим просто. Не за нарушил что, а так – за беспокойство. А во-вторых, и если серьёзно, то парень с норовом, характерный. По его внутреннему разумению одно дело тихого по-тихому ошмонать, а другое… - сам усмехнувшись невольно получившемуся каламбуру, жандарм продолжил рассказ, - в общем, услышал стон, понял, что жива, и бросился нас вызванивать.
- Плюсы гребёт лопатой, - вполголоса бормотнул разведчик, но был услышан Ивеном.
- Что, извините?
- Заслуживает уважения, говорю… - чему-то смутился Тропэн. - А вам не приходила мысль, что она, всё же, ограблена? Нет, вариант мести тоже отбрасывать рано, но как по мне, то месть мародёрке не помеха. Пристукнули и ошмонали. Месть, приносящая деньги, она приятна вдвойне. А тут всё на месте.
- Странное тогда оно, это ограбление. Обнаруженные при ней ценности тянут на весьма приличную сумму. Но их не взяли…
- Может, грабитель охотился на нечто для него более ценное? - спросил Антэ задумчиво.
- Не говорите загадками, айсаар Тропэн. Я чувствую, что у вас имеются какие-то соображения по этому поводу, - переглянувшись с молодым коллегой, сказал Сиверс.
- Надеюсь, мы не опустимся до оскорбительных дворянину письменных обязательств сохранения в тайне услышанного вами, господа мои? Думаю, коль скоро имею дело со старшими офицерами такого уважаемого ведомства как жандармерия, достаточно будет данного при свидетелях устного обещания?
Оба жандарма как по команде вытянулись по стойке «смирно» и, приняв официальный вид, уставно заверили разведчика в полном сохранении тайны при любых обстоятельствах. При этом, несмотря на возраст и служебный опыт, они с полной серьёзностью отнеслись к данному обещанию, поэтому прозвучало оно без всякой фальши и наигранности. Оба офицера с самых детских лет с пиететом относились к вопросам чести. Иных, слава Пресветлому, в жандармерию на офицерские должности не брали.
- Итак, господа мои, - продолжил Антэ как ни в чём не бывало, - когда формальности соблюдены, хочу задать вам вопрос: вы в курсе, что наша подопечная занималась изобретательством? Причём изобретала она не новые формочки для выпечки, а нечто такое, что привлекло внимание одного интересного концерна с Полуденного материка. И у меня имеется весьма обоснованное предположение, что в злополучный для себя день наша Ирем встречалась с его представителями. С учётом того, что означенный концерн по нашим данным занимается продукцией исключительно военного назначения… - Антэ Тропэн демонстративно развёл руками в извечном жесте недоумения, словно предлагая господам жандармским офицерам оценить всю глубину обрушившейся на них проблемы.