Оные господа офицеры, видавшие виды и пороху понюхавшие не раз до того, не стали театрально-бурно изображать степень осознания серьёзности ситуации, просто лбы их прорезала практически одинаковая вертикальная складка, единственно и выдававшая напряжённую работы мысли.
И ещё одну отметочку сделали в памяти оба жандарма. Этот офицер весьма себе солидной, приближённой к власти структуры, который мог их, простых служак обычной тайной полиции едва не в порошок растереть при желании, не стал кичиться своей избранностью и «приближённостью к телу». Не стал также требовать письменного оформления обязательств, хотя мог легко принудить их подписать такие бумаги, и, рассуждая о деле, говорил «мы» и «наши», не отделяя себя от них. Так, словно делил ответственность на всех, а не пытался априори возложить вину за возможный провал расследования на них, оставляя себе роль стороннего наблюдателя. И даже его «ваша зона ответственности» в самом начале знакомства звучала не как признак отстранённости и разделения категорий, а как извинение за визит без предварительного предупреждения.
Оба жандарма не являли собой тип «планктон офисный обыкновенный». Пришлось потоптать ботинки по дорогам (да и по бездорожью) родной страны и повидать многих людей, в том числе забравшихся по карьерной лестнице выше них. И были там, наверху, организмы разные. Условно бесполезные и несомненно полезные для дела. От трусоватых желеобразных посредственностей, всегда и везде ищущих способ переложить вину на другого, до нахрапистых хамов, желающих того же, но применяющих в этих целях иные методы. Однако были и сугубые профессионалы, каждое дело воспринимающие как вызов лично им, а объективные проблемы подчинённых – как свои собственные.
Этот невесть откуда появившийся ведущий специалист всесильной и таинственной «Тройки» Тропэн, в их представлении стремительно перемещался по внутренней оценочной шкале во вторую, сугубую, категорию вышестоящих. И это тоже добавляло им желания отработать по данному делу с полной отдачей. До внесения полной ясности в суть ситуации. Тем более, что возможно попавшая в руки нечистоплотных представителей иной страны отечественная военная разработка сама по себе была довольно солидной причиной «попотеть». Во избежание и ради предотвращения в будущем…
Убедившись, что острота проблемы понята новыми напарниками правильно, Антэ предложил переместиться в один из кабинетов в дознатской отделения в городе Зардас жандармского округа Хаваон. И там уже ещё раз опросить Хиама о том, как он дошёл до жизни такой.
День, начинавшийся для господ жандармских офицеров как рутинный эпизод повседневной деятельности, вдруг стремительно понёсся вскачь. Пока Антэ проводил в выделенном ему кабинете дополнительный опрос Хиама, уточняя какие-то существенные для него подробности, Сиверс и Сраэн, каждый через свои возможности (теперь уже «без дураков») пытались получить как можно более полную информацию в отношении мажоритэ Шаасен.
Ведущий специалист Тропэн, потратив полный круг[5] на опрос Сарнэса как свидетеля, наконец отпустил его, потребовав быть в готовности предстать перед ним или офицерами жандармерии по первому требованию. Бедолага, подписав необходимую бумагу и получив свободу, кинулся из отделения, как рогатыч от доброй молитвы Пресветлому, утирая пот и пытаясь унять дрожь в ногах и руках. Честное слово, ему ранее ещё никогда не попадались столь дотошные дознатцы.
Чуть не снеся с ног возвращавшегося в кабинет Сиверса, Сарнэс, едва разбирая дорогу, рванул к выходу, а затем, не выбирая направления, не знамо куда, лишь бы подале.
И самое главное, оно, вроде, и жаловаться грех, ведь его и пальцем никто не тронул, но этот странный мажорик всю душу вымотал своими расспросами и поиском подробностей. Лучше бы уж Хиама отпинали, как в прошлый раз в гостевой, когда неуёмные Замарашки отправили столичного гостюшку долгим путём. Рёбра они без мозгов, стерпят, а голова сейчас гудела что твой колокол, когда звонарь, принявший на радостях на грудь пару-тройку шкаликов, звонит общий праздничный сбор.
Проводив удивлённым взглядом кряхтящего и утирающего пот Хиама, Сиверс вошёл в кабинет и, прикрыв за собой дверь, спросил:
- Что вы с ним сделали, саар Тропэн?
- Да ничего вроде, - пожал плечами в наигранном изумлении Антэ, - просто задал пару вопросов…