Их музыка успокоила зал после панков, придурь быстро исчезла, сменившись ледяной меланхолией. Поначалу они играли неплохо. Въедливые, необычно оформленные синтезаторные ноты задавали неповторимое звучание — холодное, но при этом быстрое, словно буря в декабре. Гитары углубляли звучание, а яркий, стойкий голос Розы вводил в транс своей отрешенностью и ритмичностью.
Однако к середине выступления Сид снова стал портить выступление попыткой всех переиграть. Он то и дело заслонял Розу, как бы напоминая всем присутствующим о себе, — это он фронтмен, он основатель группы, он тут самый главный и талантливый. Сид поднимал гитару к стойке с микрофоном и выхватывал звук из струн так громко, что его исполнение перекрывало остальных музыкантов. Он подпевал Розе, но его бэк-вокал то и дело становился основным, он буквально затыкал, перекрикивал солистку. В какой-то момент музыка группы стала звучать совершенно невпопад, превратившись в какофонию непонятных звуков на фоне игры Сида.
Я то и дело смотрел на Розу, и она выглядела абсолютно несчастной и подавленной. Новичкам клуба, наверное, могло показаться, что таков ее сценический образ, но я знал, что обычно она изображает совсем другие эмоции.
Когда они закончили, наступил час ночи. Сцена опустела, люди постепенно начали расходиться. Еще через полчаса в клубе осталось так мало людей, что стало ясно — сегодня мы закроемся раньше обычного. Такое случалось нечасто, но бывало. Как правило, в первую половину рабочей недели, а сегодня как раз был всего лишь вторник.
Когда настало время уходить, я вернул рацию с гарнитурой, снял бейдж и пошел в туалет — облегчиться перед тем, как сесть в такси. Смыв воду в писсуаре, я подошел к раковине, принялся мыть руки и увидел в зеркале, как сзади меня открылась кабинка и наружу вышел Сид. Он шатающейся походкой подошел ко мне, встал рядом и чуть толкнул меня плечом.
— А вот и ты! — ядовито проговорил он. — Привет, Джо, эй, приятель.
— Привет, — ответил я, проигнорировав, что он снова исковеркал мое имя.
— Тебе совершенно точно надо с нами выпить! Эта сучка Роза только о тебе и говорит, тебе надо потусоваться с нами. Пошли, я приглашаю.
Хотя Сид был мне откровенно неприятен, я не мог отказаться от встречи с Розой.
— Ну что ж, давай. Потусуемся.
Мы вышли из туалета, прошлись вдоль клуба и поднялись на второй этаж, в небольшой ресторан, с которого открывался вид на пустую сцену.
За одним из столов сидела вся группа. Электронщик пил воду и клевал носом, электрогитарист курил, глядел в потолок и запивал сигаретный дым каким-то коктейлем. Роза приложила ладонь к лицу и водила длинными черными ногтями по лбу, слегка царапая кожу. Она тяжело вздыхала и кусала губы. На соседнем столе лежали гитары.
Заметив меня в компании с Сидом, Роза оживилась и улыбнулась мне, а я улыбнулся ей.
— Всем привет, — сказал я.
Музыканты несколько вяло поприветствовали меня, Роза же промолчала, но одного ее взгляда хватило, чтобы понять, как она рада меня видеть. Я сел напротив нее. Думаю, Сид заметил ее реакцию: он взял стул, протащил его до Розы и сел, пихнув локтем Джорджа — тот чуть со стула не упал, пролив немного коктейля на пол.
— Блин, чувак, — сказал электрогитарист. — У меня штаны за четыре доллара, чуть не испортил. Ты знаешь, это дерьмо не очень-то хорошо отстирывается.
— Да забей, мы же панки, — ответил Сид. — Нью-вейв! Колд-синт! Арт-панк! Как там еще нас называют эти дебилы из музыкальной мать ее прессы?
— Ноу-вейв, — слегка гнусаво заметил Дин и отхлебнул воды. — Хотя как по мне, это оскорбление. Это же не музыка даже. А так, контркультурный китч. Мы все-таки делаем настоящую музыку…
— Эй, Дин, все хотел тебя спросить, — начал я. — Ты выдаешь интересный звук. Сам сэмплы пишешь?
— О да, так точно! — с энтузиазмом ответил он. Его голос тут же раскрылся, гнусавость исчезла. — Вот ты помнишь, сегодня в песне «Satisfaction guaranteed» такой звук был, типа режущего?
— Это какая по счету песня была, вторая?
— Да, — сказала Роза, вмешавшись в наш разговор. Мы посмотрели друг на друга, и я ощутил внутреннее тепло от ее заинтересованного взгляда.
— Так вот, это в своем корне звук перелистывания страниц. Я взял энциклопедию Колумбийского университета и листал страницы перед диктофоном, а потом сильно замикшировал.
Я задумался. Нам бы такой человек пригодился. Сомневаюсь, что у Мартина в звуковой библиотеке есть интересные штуки. Скорее всего, самые стандартные, ничем не примечательные студийные звуки.