— Давай мы и для тебя клип снимем, как тебе идея? Как только ты вернешься в группу. Я не думаю, что Сид это серьезно. Он же был пьян.
— Сид уже давно немного не в себе. Я не знаю, почему.
— Он завидует тебе, это же очевидно.
— Давай не будем об этом. Пожалуйста? — умоляюще сказала она. — Расскажи лучше о вашем фильме.
— О, это история о мести, — я не стал давить на тему с Сидом. Захочет, сама скажет. — У героя убивают жену, он мстит, а в конце его убивает полиция. Будет короткометражка. Мы хотим показать ее людям с деньгами, а там — будь что будет.
Роза встала перед светофором. И хотя вокруг не было машин, мы стояли и ждали. Не хотелось бы повторить эпизод из «Мексиканца» с его светофором на перекрестке посреди пустыни — лучше все же подождать зеленый свет.
— Ты, наверное, любишь кино? — спросила Роза.
— Да. А ты?
— А я не очень. Честно говоря, я особо не смотрю кино, мне это неинтересно.
— А что тебе интересно?
— Я бы хотела тебе сказать, что мне нравится Сартр, Камю и Кафка, а моя любимая книга — Улисс, но я думаю, ты не из тех парней, которые считают это чем-то крутым.
— Ты права. Я даже не знаю, о чем речь. Улисс — это что-то древнегреческое?
Роза посмотрела на меня и улыбнулась так широко, что я увидел ее зубы. А потом она засмеялась.
— Нет, Джош, не совсем! Когда девушка хочет показаться умной, она говорит, что читала Улисса. А это между прочим смешно, потому что Улисс — очень сексистская книжка. Но ты, как я поняла, не любитель книг, а кино. Какой фильм мне надо было назвать, чтобы ты посчитал меня умной?
Я задумался.
— Наверное, «Солярис» Тарковского. Это фильм из России. Его сложно найти здесь, но возможно.
— О, а ведь я слышала про него. Но не смотрела.
— Хвалить такое кино — признак хорошего вкуса. Но смотреть его при этом не обязательно.
— Это так типично. Не люблю позеров!
— И не говори.
Дальше мы шли молча. Поймав общую волну, мы словно больше не нуждались в словах и просто наслаждались компанией друг друга. В какой-то момент Роза замедлила шаг. Мне хотелось думать, что она растягивает нашу прогулку, но возможно, она просто устала.
Когда мы дошли до Центрального парка, она остановилась.
— Много еще идти? — спросил я.
— Мы прошли только половину пути.
Я прикинул, сколько сейчас времени. Мы шли часа полтора, не меньше. Похоже, она живет на другом конце острова.
— Я думаю, на сегодня хватит, Джош, — она села на лавочку, примыкающую к каменной изгороди, отделяющую зеленую зону с деревьями от тротуара. — Мне уже легче.
Мы посидели немного. Когда на дороге показался желтый «Марафон», я встал и махнул рукой. Он свернул с дороги к обочине, прорезав темноту всеми четырьмя круглыми фарами.
— И еще, Джош.
— Да?
— Спасибо, что проводил.
Она чуть поддалась вперед, и я приобнял ее. Она ответила тем же.
— Я бы пригласила тебя к себе, Джошуа, но боюсь, что Сид придет. Он знает, где я живу. Не хочу, чтобы вы подрались. Но ты не волнуйся, я ему не буду открывать.
— Мы еще увидимся?
— Конечно! Ты же каждый день работаешь?
— Да, когда работает клуб, я на месте.
— Я приеду на днях и поговорю с Каримом… Может, он поможет мне найти место в другом группе. Я обязательно найду тебя, когда приду.
Когда Роза села в автомобиль и уехала, я перешел через дорогу и остановил машину
Глава 6
Стоя у черты
Водитель молчал. Я то и дело смотрел на его лицо, отраженное в зеркале заднего вида. Глаза у него были уставшими и покрасневшими. Работало разговорное радио — ведущий обсуждал с каким-то сенатором состояние дел на Кубе, но я ничего не понимал в политике, да и не испытывал к этой теме никакого интереса.
Мимо проносились стены офисов, магазинов и жилых домов. Я думал о Розе с воодушевляющей радостью, но в то же время с тоской. Жаль, что она не пригласила к себе. И дело вовсе не в том, что я хотел залезть ей в трусы. Скорее, мне просто не хотелось возвращаться в отель. К обиженному мормону, тараканам и вечно шумным соседям, к неудобному дивану внутри удушливой конуры, которую последний месяц я называл своим домом.
Когда такси доехало до «Картера», по счетчику вышло пять долларов. Я расплатился и вышел наружу. На горизонте уже занялась заря наступающего утра. Спать хотелось неимоверно.
Я поднялся по ступенькам, смотря себе под ноги, как вдруг меня окликнул знакомый голос.
— Ну привет, бык.
Я поднял голову.
У входа в отель стоял Сид. Он прислонился к стене, сложил руки, во рту тлела сигарета. Лампа над ним мигала, не переставая.