— Критики думают, они крутые. Думают, что поливают грязью режиссеров. Вот только на самом деле они ссут сами себе в рот! И показывают собственную тупость и ограниченность! Проблема только в том, что их кто-то слушает… Долбанные мажоры…
— Не переживай, Марти, — сказал я и осекся от собственной фамильярности. Что еще за «Марти»? — История всегда расставляет всё по своим местам. Если вещь хорошая, она обретет свой культовый статус, и неважно, какой бред несли критики.
— Это да, вот только съемочная команда не всегда доживает до этого момента. Культ культом, а мы все-таки еще и деньги должны зарабатывать, жить на что-то…
Мне сразу же вспомнился шедевр — «Дорога ярости» Джорджа Миллера. Я смотрел его четыре раза подряд, не веря собственным глазам. Это был один из лучших боевиков в истории кино. Фильм моментально стал классикой, но особо не принес денег своим создателям — роль в этом сыграли критики и снобы, которым сюжет показался недостаточно умным. Еще сильнее досталось приквелу про Фуриосу, который, как мне тогда казалось, не понравился вообще никому. Никому, кроме меня.
До самой своей смерти в той аварии я так и не увидел новую часть франшизы. Какими бы гениальными ни были эти фильмы, студии не занимаются благотворительностью. Они дают деньги, чтобы получить назад еще больше денег, а не ради того, чтобы реализовать чьи-то творческие амбиции.
Интересно, что случилось в будущем после моего перевоплощения? Продолжилось ли течение времени после 2026 года? Доживу ли я до дней своей прошлой жизни? Смогу ли, уже постаревший, еще раз увидеть «Дорогу ярости»?
— Хорошо, что ты не стесняешься собственного мнения. Думаю, для творца — это очень важно. — Я достал из морозильника картонную пачку молока, вскрыл ее и выпил в пару глотков.
— Спасибо, Джош. А какой у тебя любимый фильм?
Я чуть не подавился. Все мои любимые фильмы еще не вышли. Мне нравились фильмы прежних десятилетий, но не сказал бы, что я любил их.
— Эм, «Буллит» с Маккуином, — ответил я первое, что пришло мне в голову. Точнее, первым мне на ум пришел «Бриолин», но я отогнал эту мысль, чтобы не позориться перед культурным человеком. — Очень нравится погоня «Доджа» за «Мустангом».
— Неплохой выбор, — Мартин одобрительно кивнул.
— А твой?
— Ну, если честно, очень нравится «Супермен», — он тут же отвернулся, заметив мой удивленный взгляд. — Но из последнего мне сильнее всего понравился «Бриолин», — немного стыдливо признался молодой режиссер. — Думаю, Траволту сильно недооценивают. Мне кажется, у него большое будущее.
Я выдохнул. Мне впервые по-настоящему стало тяжело удерживать себя в рамках. Я мог бы сказать так много — и про несложившуюся карьеру Траволты, и про то, как ее реанимирует Тарантино в «Криминальном чтиве». А ведь про Квентина Тарантино еще никто не знает, и не узнает в ближайшие 12 лет, пока не выйдут «Бешеные псы».
И как мне об этом рассказать? С кем поделиться? Разве что с Кристофером, но он не поймет. Поддержит, сочувствующе похлопает по плечу, но не поверит.
— Да, Траволта — очень хороший актер. Он себя еще покажет, — только и оставалось сказать мне.
— А еще, знаешь, мне понравился фильм «Голова-ластик». Посмотрел его вчера.
— Ого, впечатляет, — ответил и я сел рядом. Линча я очень уважал — опять-таки за фильмы, которые ему еще только предстоит снять. — Я тоже его видел. И как тебе?
— Если честно, я ни хрена не понял, — Мартин отложил, наконец, ручку и почесал в затылке. — Мне больше интересно, из чего они слепили этого монстра? Очень впечатляет. В последний раз я так обалдел с чудища, когда сидел на сеансе «Чужого» полгода назад.
— А ты знаешь, что в костюме чужого сидел чувак родом из Нигерии? — спросил я.
— Чего? Ты такие вещи не говори… Тут за такое убивают.
— Да не ниггер, а Нигерия.
— Это не смешно, Джош, — пропищал Марти, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться в голос. — Не смешно!.. Типа… Нигерия — это Гарлем?
— Мартин, ты географию в школе не учил?
— Я знаю, где Мексика и Канада, разве этого недостаточно?
— Ясно. Это такая страна в Африке, вот Чужого сыграл выходец из этой страны. У него даже нет гражданства США.
— Как же он там поместился, в этом Чужом? Там такая субтильная фигура, и носился он на четвереньках.
— Ну, как-то влез. А что касается монстра в «Голове-ластике», то съемочная группа поклялась, что никто из них и никогда не расскажет секрет его изготовления. Вот, пока не рассказали, — и даже после смерти Линча эта тайна так и останется нераскрытой. Но об этом я тактично умолчал.
— На самом деле, меня этот фильм очень впечатлил. Я ничего в нем не понял, но он вызвал во мне такие странные и сильные эмоции… Возвышенные, но в то же время очень грустные. Именно из-за него я и вспомнил о твоих словах и решил попробовать снять короткометражку.