— Камера есть. И пленка, — ответил он. — Если не пороть много дублей, то хватит минут на сорок готового продукта. Есть оборудование монтажное, ты его видел. Есть библиотеки звуков.
— А деньги?
— Денег нет, — покачал он головой. — Совсем немного. Придется импровизировать, если возьмемся.
Я отпил еще пива, откинулся на спинку стула и подумал. Независимое кино, собственная короткометражка. И если я сам напишу сценарий, то буду не просто играть, а жить в этом кино. И героя можно сделать под меня, тут ничего особенного. Тогда то, в чем меня сегодня упрекнули, не будет иметь значения, никакой задержки не будет.
— А смысл? — спросил я у него. — Ты говорил, что нью-йоркское кино в Голливуде вообще ни во что не ставят.
— Если это хорошее кино, то ставят, — ответил Мартин. — Пару раз я уже видел, как это бывает, когда работал раньше. Человек снимает десять минут, показывает правильным людям, и у него уже полмиллиона бюджета. Фильм заходит — дальше миллион, три, пять. А еще я очень давно не снимал то, за что мне не стыдно, Джош. И хочу попробовать.
Я повернулся к нему. Так вот что у него было в лице — решимость и одновременно с этим неуверенность в том, что я его поддержу. Идея на самом деле сомнительная…
А с другой стороны, что я, собственно говоря, теряю? Работы в кино у меня нет, а если все сложится — это будет шанс.
— Ладно, — сказал я. — У тебя бумага есть? Будем придумывать.
Он вдруг честно и открыто улыбнулся, убрал коробочки с пленкой обратно в портфель, вытащил тетрадь и ручку. Я уселся рядом с ним, откинулся на спинку дивана, заложил руки за спину.
Ну и? Что можно придумать?
Главное — это чтобы мы потянули это. На энтузиазме практически, потому что денег нет вообще. Я подумал немного и понял, что идей у меня нет.
— Будем работать от материала, который у нас уже есть, — сказал я. — У нас есть погоня — как герой убегает от полиции. И драка на крыше. Что связывает эти два момента?
— Что это человек хороший боец, — сказал Мартин. — Умеет водить машину. Лихой парень. И не в ладах с законом.
Я подумал немного и сказал:
— Ветеран. Вьетнам. Это остросоциальная тема — война закончилась недавно, люди возвращаются и не могут найти себе места. Это общая боль.
Мартин подумал немного, покивал, после чего сказал:
— Хорошо, ветеран. И что с ним происходит?
Вспомнился «Рэмбо». Там ветерана арестовала полиция, а он потом сбежал, и они долго преследовали его. По сути ни за что, просто потому что шериф был ветераном другой войны и отказывался понимать, за что человек воевал во Вьетнаме. Это по идее подходило, но так нагло еще даже не вышедший фильмы мы плагиатить не будем. У меня нет желания красть чужие идеи
— Он вернулся с войны, но, наоборот, попытался нормально жить, — сказал я. — Это будет еще трагичнее. У него была жена, но ее убили.
Да, как в «Карателе». Объединим это с «Рэмбо». А потом накидаем еще чего-нибудь из будущего. Мало ли фильмов, которые еще снимут, и из которых можно взять их штампы.
— Случайно? — спросил Мартин. — Просто потому что попалась под руку? Как в «Карателе»?
Да, похоже, что комикс уже вышел.
— Нет, — я покачал головой. — Не случайно. Главному герою мстят бандиты за что-то. За совсем мелкую вещь, за нелепость, — мне вспомнился парень, которого я защитил от хулиганов. — Уличный бандит попросил у него сигарету, он ответил грубо. Тот напал, главный герой его избил. Он решает мстить и убивает его жену.
— Это жестко будет… — покивал Мартин.
— Жестко, но нам так и надо, — согласился я. — А потом…
Я задумался. В голове крутилась мысль — фильм должен быть о драках, но с маленьким бюджетом, поэтому снимать надо в одном замкнутом помещении. Не потянем мы масштабные сцены на улице.
И я вспомнил «Кровавый спорт». И «Бойцовский клуб» одновременно с этим. Бои, причем в каком-нибудь подвале.
— Этот человек, который убил жену — он чемпион местных боев без правил. Именно поэтому он и взъелся на него — потому что простой парень, пусть и ветеран, его побил.
— Бойцовский клуб? — посмотрел он.
— Да, — кивнул я. — Бойцовский клуб. Найдем спортивный зал, арендуем на вечер, это будет недорого, соберем желающих драться и будем месить друг друга, а ты снимать. А еще это закрытый мир со своими правилами — тоже немаловажно.
— И главный герой вызовет злодея на бой и убьет на ринге? — спросил Мартин, продолжая записывать что-то в тетрадке.
— Нет, — я покачал головой. — Тот парень — чемпион, нельзя просто так вызвать его на бой и убить. Нужно пробиваться снизу вверх, бой за боем. И это, знаешь, — я пощелкал пальцами в воздухе. — Это заставит злодея бояться главного героя. Убить его просто так — слишком просто и быстро, ветеран может просто обмазаться краской, взять пушку, вломиться и перебить всю банду. Нужно, чтобы этот человек смотрел на него и знал, что ему крышка. Боялся.