— Пушку заряди сразу. Пули-то Рою — побоку, но звук он не любит. Может, на полминуты замешкается, не сразу сгрызёт.
— Гм, оптимистично. Но в любом случае — за помощь спасибо.
Я догнал Трепача. Мы с ним свернули в проулок и подошли к большому ангару, который служил и складом, и гаражом одновременно.
Грузовик Трепача выглядел побитым, как после череды мелких ДТП. Ощутимо погнулся «кенгурятник» на морде, а решётчатый кузов несколько вмялся с левого бока. Чёрная краска облупилась с металлических прутьев, те были исцарапаны.
Нас заметил мужик в засаленном синем комбинезоне. Подбежав к нам, он с нетерпеньем спросил у Трепача:
— Ну? Сидишь или едешь?
— Давай, грузи, — ответил тот царственно.
Мужик закивал поспешно и, развернувшись, махнул кому-то рукой. В ангаре началось мельтешение — крепкие парни в комбинезонах тащили к грузовику мешки, складывали в кузов. Я поинтересовался у Трепача:
— Что за груз?
— Пыльный жемчуг же. Ты вообще не местный? Здесь суховей примерно раз в две недели — ну, не обычный, в смысле, а намагниченный. Узкой полосой идёт, мили в три-четыре. И вот после него жемчужины из земли вылезают, а народ собирает. Хотя этот здешний сорт — не особо ценный. Средней паршивости, если честно. В горючку не перегонишь, только на удобрения. Но какой-то навар имеют, по ходу дела. А я вожу. Ну, не только я, но сейчас желающих — не особо, сам видишь.
— А почему они ждут попутку? Купили бы себе грузовик и сам возили бы.
Трепач хохотнул:
— Ага, хрена с два. Моторная гильдия здесь всех держит за вымя. Патент на грузоперевозки — у нас.
Пока мы стояли, я вскрыл коробку с патронами, зарядил револьвер. Решил, что надо прислушаться к совету бывалого человека.
Кузов тем временем заполнился примерно наполовину. Туда же влезли два парня с карабинами — сели между мешками, сунув под задницы толстые матрасы, свёрнутые валиками.
Спереди грузовик был двухместным, хоть и открытым. Трепач уселся за руль, а я — справа от него. Мотор заревел надсадно, чихнул, и мы выкатились-таки из ангара. Остановились возле бензоколонки, заправились — я, как и договорились, оплатил удовольствие.
Ещё мы купили воды в дорогу, плюс съестные припасы. Те выглядели невзрачно — брикеты в пластиковых цветных упаковках.
Выехав из посёлка, Трепач погнал машину на северо-восток, где не было скал. Теперь солнце светило в спину. Пыль позади нас взмётывалась, тянулась хвостом. Я надел очки и надвинул шляпу на нос. Спросил:
— А по поводу новой гнуси есть что-нибудь конкретное?
— Ну, конкретное — она завелась, парни её видели. Но пока не очень понятно, как она жрёт. Ещё не оформилась, чтоб гулять на серьёзные расстояния, силу копит. Проскочим, думаю, не боись.
Я задал ему ещё пару-тройку наводящих вопросов. Этого оказалось достаточно — Трепач, получив свободные уши, задвинул лекцию. Она, правда, ежеминутно перемежалась байками, анекдотами и страшилками, но в целом оказалась довольно информативной. Я более или менее разобрался, что здесь творится.
Мы находились на крупном острове, размером с Мадагаскар. Он располагался поодаль от других континентов и был открыт недавно, лет сто назад, но колонизировали его далеко не сразу. Здесь обнаружилась странная форма жизни, напоминавшая не то облака цветочной пыльцы, не то рои насекомых. А ещё здесь были блуждающие магнитные аномалии — и вот под их воздействием эта роящаяся пыльца видоизменялась.
Биологи и генетики рассуждали о мутациях, пытаясь понять, как именно всё это работает. Лично я, правда, сильно подозревал, что кроме электромагнитных полей в аномалиях был ещё и магический компонент. Но местная наука магию отрицала.
Как бы то ни было, Рои бродили над островом. В некоторых районах они усиливались — сжирали растительность подчистую, а затем принимались за остальное, но с оговорками. Их меню варьировалось, не поддаваясь логике. Где-то Рой жрал всё плоское, а где-то набрасывался на столбы и антенны.
Колонизация острова при таких предпосылках выглядела безумием, но она состоялась. Причина была проста — в горах нашли золото и драгоценные камни. А ещё вдоль линий распространения аномалий иногда прорастали интересные штуки вроде пыльных «жемчужин». К настоящему жемчугу они отношения не имели, но местным старателям было пофиг, название закрепилось.
В других местах собирали кристаллизованную ядовито-красную дрянь, токсичную. Она попадалась реже, ценились выше. Её перерабатывали, смешивали с какими-то химикатами и получали сыворотку, которая делала человека в разы сильнее физически, добавляла выносливости.