— Звучит логично, — сказал я. — Плюнь на этого бургомистра и езжай к жениху. Или есть ещё какие-нибудь подводные камни?
Помявшись, Вита сказала:
— Бургомистр прямо не говорит, но… В общем, если захочет, он мамке здесь может жизнь подпортить, они друг друга не любят, хотя открыто не ссорятся. Он ей даже улыбается на людях понарошку, потому что она нужна…
— Хм. Так он угрожал ей?
— Нет, но в разговоре со мной обмолвился пару раз — вот, мамку, мол, приняли в своё время, хотя она из другого города и без мужа, зато с дитём, а я теперь вся такая неблагодарная. И, дескать, отношение к нам может измениться…
Несколько озадачившись, я почесал в затылке.
Строго говоря, я не был здесь властью. Феодализм в его классической версии давно отменили, деревня не принадлежала лорду. Хотя наличие магической краски привносило, конечно, свои штрихи…
— Слушай, Вита, а этот бургомистр — толковый? Как управленец, я имею в виду?
Тяжело вздохнув, она подтвердила:
— Толковый, да. Я б тебе наябедничала, если б он был дурак дураком, но нет. Наладил здесь всё, как надо, деревня при нём не бедствует. Хотя вереск…
Вита запнулась. Я подбодрил:
— Говори как есть. Обещаю — не буду злиться.
— Ну, если вереска много, у нас его тут перерабатывают, в цеху специальном. А лорд платит нам процент. Лет сто назад деревня с этих процентов и жила в основном. Но потом ваш клан… Ну, как бы сказать…
— Совсем захирел?
— Ага… Сейчас весь доход — с овец, здесь ферма за рощицей. И выпас внизу, на склоне. А иногда, если нет волшебного вереска, и на верхний склон загоняют, лорд Финиан разрешил…
— Понятно. Ты, значит, и в этом смысле для деревни важна? Проверяешь, пригоден ли верхний склон для овец?
— Ну да. Но я ж говорю — буду приезжать из долины. Жаль только, транспорт здесь редко ходит. Один рейс утром и один вечером. Возят тех, у кого работа в долине, а не на овцеферме. Таких у нас тоже много. А свои машины — мало у кого есть.
Мы подошли к деревне. Косогор в этом месте отступал от дороги, и получалась горизонтальная плоскость шириной в сотню метров, где и приютились дома.
Вита сказала вполголоса:
— Мой рассказ тебе, наверно, дурацким кажется, да? Мне тоже… Но я подумала — бургомистр у нас лорда слегка побаивается, хотя тот вроде не злой…
— Иррациональный страх из феодального прошлого.
— Что, прости? — моргнула она.
— Не обращай внимания, это я размышляю вслух. Попробую побеседовать с твоим бургомистром.
— Но, пожалуйста, не запугивай его слишком. Ну, чтобы он потом на меня не вызверился в отместку…
— Ишь, у тебя запросы.
Вита покраснела, и я сказал ей:
— Шучу, не бойся. Поговорю аккуратно. Где мне его найти?
— Так в конторе же. Вон там, за углом. Я с тобой пойду?
— Нет, лучше не надо. И не отсвечивай там под окнами.
— Тогда я на лавочке посижу.
Вита указала на поперечную улочку, совсем крохотную, до косогора. У фонаря стояла деревянная скамейка с чугунным остовом, лакированная и ладная. И вообще, городок выглядел опрятно — ни мусора на асфальте, ни рытвин, свежая покраска на стенах, чистые окна. Архитектура была при этом своеобразная — дома трёхэтажные в основном, но узкие. Экономилось место.
Я дошагал до резиденции бургомистра. Она для разнообразия оказалась одноэтажной, зато с мансардой.
У пожилой секретарши в приёмной брови поползли вверх, когда она увидела перстень. Я поздоровался и успокаивающе махнул ей рукой — без паники, мол, деловой визит.
Бургомистр тоже был на рабочем месте — пузатенький невысокий дядя, тщательно выбритый и с аккуратным пробором.
— Милорд? — приподнялся он. — Присаживайтесь, прошу. Чем могу быть полезен?
— Видите ли, — сказал я, — так получилось, что я живу в столице. Но вот теперь появилось время, и я решил поближе познакомиться с вашим замечательным городком. Тем более что есть повод — сегодня ваша юная травница сообщила мне и старшему лорду, что вереск для краски будет. И по итогам беседы с ней у меня возникла пара вопросов.