— Надеюсь, девица не допустила оплошности? — побледнел бургомистр.
— Ни в коем случае, — успокоил я. — Своё дело знает, к тому же очаровательна. Кстати, очень хвалила вас за административную компетентность.
Видимо, это было последнее, чего бургомистр ожидал от неё. Он вытаращился на меня недоверчиво, и я подтвердил:
— Да-да. Особенно с учётом того, что вам приходится действовать в непростой ситуации. Нужна диверсификация экономики, чтобы не зависеть от урожая вереска, нестабильного в силу объективных причин.
— Совершенно верно, милорд! — едва не подпрыгнул он. — Я искренне желаю, чтобы волшебный вереск зацвёл обильно, но и в его отсутствие наша экономика эффективна, самодостаточна! У нас минимальная безработица. Это потребовало определённых усилий от меня и моих предшественников, но результат налицо! Немало рабочих мест дают овцеферма и сыроварня, многие жители также заняты в местной сфере услуг. Остальные нашли работу в долине, добираются транспортом…
— Так мне и рассказала Вита. Последний пункт для неё особенно важен — она ведь выходит замуж и будет ездить к вам сюда, если нужно. Я хочу, кстати, познакомиться с её женихом, а также сделать им подарок на свадьбу. Это будет уместно, вы ведь согласны?
— Да, милорд, — подтвердил он кисло. — Думаю, они будут рады.
— Я бы и сам опробовал ваш общественный транспорт — чисто из любопытства. Но он, кажется, ходит только утром и вечером?
— К сожалению, милорд. Но тут я бессилен — собственный автобусный парк нам не по карману. А тот, который в долине, считает дневные рейсы сюда убыточными.
— А частники не проявляют инициативу? Здесь, среди местного населения?
— Увы, камень преткновения всё тот же — недостаточный капитал для старта. Ко мне приходил наш местный энтузиаст, Длиннорукий Джилмер, предлагал свой прожект — у него, мол, есть на примете подходящий автобус в неплохом состоянии, но требуется субсидия из городской казны, половина стоимости. В наших условия это несколько затруднительно…
— Понимаю. А этот ваш Джилмер разбирается в технике?
— Да, механик он превосходный, — подтвердил бургомистр и чуть поморщился. — Но общение с ним — отдельный вид искусства, не всем доступный.
— Вы бы вложились в его проект, если бы деньги были?
— Прошу извинить, милорд, но, будучи ответственным человеком на руководящей позиции, я стараюсь как можно реже рассуждать в сослагательном наклонении. Предпочитаю мыслить в реалистических категориях. Хотя дополнительное пассажирское сообщение нам, конечно, не помешало бы.
— Благодарю вас за информацию к размышлению, — сказал я, вставая. — Рад был удостовериться, что городок в надёжных руках, и желаю вам дальнейших успехов на административном поприще. А травницу Виту поблагодарю дополнительно, за подсказку. Хочу и впредь поддерживать контакт с ней и её будущим супругом — мне не помешают лишние связи внизу, в долине.
На этом я распрощался и, по заветам Штирлица, оставил собеседника размышлять под последней фразой.
Я вернулся туда, где меня дожидалась Вита. От скуки она не маялась — вокруг скамейки сгруппировались односельчанки, с полдюжины, возрастом от шести до семидесяти, если навскидку. Они шушукались, но, завидев меня, умолкли, уставились заинтересованно.
— Дамы, — сказал я, — счастлив знакомству, но вынужден прервать. Должен обсудить с Витой технические вопросы.
Во взглядах у них читалось: «Ага, ну да, аж четыре раза», но вслух они этого не сказали, естественно. Разбрелись, оглядываясь украдкой.
— Пошли трезвонить, — сказала Вита с усмешкой. — Ой, ну и ладно. Всё равно поползли бы слухи — кто-нибудь видел, как мы с тобой на дороге встретились. Есть тут такие кумушки, весь день у окна. Решили, наверное, что… Ну, в общем, ты понял. В деревне у нас без этого никуда. Надоедает, честное слово. Жду — не дождусь уже, когда съеду…
— Скоро, — сказал я. — Думаю, бургомистр тебя больше клевать не будет. Намёки он, по-моему, понимает.
Я кратко пересказал ей состоявшийся разговор. Вита захихикала:
— Ух, ты вывернул. Теперь он пять раз подумает, прежде чем к мамке опять цепляться. Надо ей тоже рассказать. Зайдёшь, Вячеслав? Она будет рада, честно. Хоть чаем тебя отблагодарим…
Далеко идти не пришлось, тут всё было рядом. Вита жила на третьем этаже в доме, который стоял у склона. Открыла нам женщина, которую издали я принял бы за тридцатилетнюю. Лишь при взгляде в упор мелкие морщинки подсказывали, что ей всё-таки под сорок. Тоже высокая, веснушчатая и рыжая, но с более округлыми формами, если сравнивать с Витой.