— Ты уверен? — спросил его Джимми. — Насколько я могу понять из того, что принял, у обеих групп есть по гипноту. Ты-то, может, и обладаешь к ним иммунитетом, а вот мы — нет.
— Объединиться с кучкой религиозных фанатиков? Ты, должно быть, шутишь! — вновь подал голос Джозеф. — Может, конечно, они и жрецы, и им запрещено грешить, но ведь согласно их религии нет ничего греховного в том, чтобы обмануть, обокрасть или ударить в спину неверующего. Нет уж, спасибо! Мы вполне можем договориться с вами, но только после того, как разберемся с этими святошами. Это же не солдаты или торговцы, там, внизу. Это, черт бы ее подрал, Святая Инквизиция!
— Объединиться с демонопоклонниками? — закричала в ответ Манья. — Никогда! Лучше умереть! Да за это наши души будут гореть в Аду!
Ган Ро Чин совсем не хотел умирать, но, судя по тому, как развивались события, ему в любом случае неизбежно приходилось этим заняться. Он попытался хоть как-то снизить напряжение:
— Капитан, у меня есть некоторый опыт общения с миколианцами. Я тоже капитан гражданского судна, а не жрец. Я даже некоторое время жил в Империи Биржи. Миколианцы уважают только силу; если у них и существует понятие о чести, то на чужаков оно не распространяется. Даже если их разоружить — что сделало бы их бесполезными как партнеров — коринфианец и сам по себе представляет грозную силу. Что же касается моих людей, то я мог бы дать определенные гарантии, но они не коснутся Святых, которые находятся здесь вместе со мной. Они действуют, исходя исключительно из собственных соображений.
Трис Ланкур оглянулся на остальных:
— Есть какие-нибудь мысли на этот счет?
— Видимо, нам надо найти какой-то способ двигаться параллельно с ними, — сказал Дарквист. — Если бы их можно было как-нибудь обойти, я бы первым предложил оставить их здесь разбираться между собой. Они явно стоят друг друга.
Модра на мгновение задумалась.
— Дарквист прав. В худшем случае мы немного задержимся. Нам надо беречь энергию, насколько это возможно. Вы представляете себе, сколько энергии потратили они, даже если погибли только двое?
— Верно подмечено, — одобрил Ланкур. — Маккрей?
Джимми просканировал вершину холма.
— Ну, я мог бы накрыть одного из миколианцев прямо сейчас. Даже двоих, если они начнут атаку на мицлапланцев.
— И что? Это только даст дополнительное преимущество мицлапланцам, у которых и без того в команде мощнейший телепат и гипнот, — ответил капитан.
— Это не совсем то, что я имею в виду. Что конкретно я имею в виду, им, вообще-то, уже объясняет их телепат. Дело в том, что они не смогут ничего сделать мицлапланцам, если мы им не позволим. Даже этого железного дровосека, которого они притащили с собой, мы можем пустить на переплавку, если потребуется. Конечно, некоторое время они смогут с нами побороться, но мы отнимем у них половину их огневой мощи, а главное — энергии. Поэтому перед всеми нами стоит выбор: либо сидеть здесь под дождем и грызться между собой, пока Ад не покроется льдом, или пока мы не растратим всю свою энергию, после чего нам неизбежно придет конец, либо они сейчас снимаются с места, чтобы дожить до следующей драки.
Трис Ланкур кивнул:
— Как насчет этого, Миколь? У вас есть двадцать минут, чтобы спуститься с утеса и продолжить свой путь. Теперь вы будете ведущими; что бы там ни было впереди, если оно вам понравится, оно ваше. Следом двигаются мицлапланцы, на тех же условиях. Мы будем замыкающими. Любые действия против нас со стороны любой из команд — и мы тут же объединяемся с другой группой. План не идеальный, но, по крайней мере, так мы уберемся с этого дождя.
На некоторое время воцарилась тишина, потом Джимми сказал:
— Их телепаты объясняют им, как можно проследить за соблюдением соглашения. Мне это не нравится, но в нашем положении и это неплохо — мы хотя бы сможем двигаться дальше.
Мицлапланцы, особенно Ган Ро Чин, все были за предложенное решение. Вдруг Чин огляделся вокруг: