Калия сердито тряхнула головой.
— Кретины! — крикнула она с отвращением. — Сколько мы идем вместе, вы только и делаете, что болтаете, болтаете, болтаете и болтаете. Вы сорвали травинку и решили, будто у вас в руках ключ ко Вселенной. Но на самом деле вы ни черта не знаете! Этот убогий мицлик, капитан дерьмового грузовика, может выдать на-гора кучу дерьмовых теорий, об истинности которых знает не больше нашего, а святая стерва подхватывает, потому что это отвлекает ее от мыслей о постели! Они болтают, а вы начинаете скрипеть мозгами, и вот перед вами уже история Вселенной, в которой истины одна крупица, а все остальное — бред сивой кобылы! Опасны ли эти твари? Ясное дело! Знают они кучу всего, чего не знаем мы? Похоже на то. Но кроме этого, вы знаете не больше, чем знаю я, а это немного!
Этот выпад неприятно задел Кришу, но Манья, до сих пор молчавшая — и державшаяся подальше от Калии, — мысленно улыбнувшись, согласилась с ней, хотя и сочла ее язык несколько грубым. Позабавило ее то, что подобная мудрость исходила от вульгарной шлюшки-дьяволопоклонницы.
Зато Джозефу было не смешно.
— И это говорит та, кого практически оттащили от первого же встреченного ею демона, когда она пресмыкалась перед ним, — сухо заметил он.
— Это тебе все легко досталось, а мне пришлось карабкаться с самого низа, — напомнила она. — Но я поднялась высоко, потому что способная. Ясно же, что не может быть богом тот, кого такие, как я, должны вытаскивать из стеклянной банки. Но я бы не взобралась так высоко, если б только и делала, что сидела на заднице или кончала с собой из-за чьих-то бредней. Может, я и не знаю стихов или культовой лабуды и всего такого. Зато я знаю, что если эти ребята такие умные, — может даже поумнее нас, раз они постарше, — то уж наверно не такие тупые, чтобы строить город, из которого не выйти. Короче, умники, мне плевать, хотите вы покончить с собой или будете сидеть здесь и ждать, пока помрете с голоду или замерзнете. Я не собираюсь здесь оставаться. Если надо идти, так я пойду поищу еды, воды и тепла, а заодно и дорогу отсюда подальше. Кто хочет, айда со мной. А остальные могут броситься в этот омут прямо тут, чтоб вас больше не слышно было!
Высказав это, она повернулась и пошла по направлению к пирамиде.
— Ее доводы довольно убедительны, — сдержанно сказал капитан.
— Возможно, — ответила Модра. — Не знаю, наверное, нам был нужен такой холодный душ. Я не раз участвовала в командах исследователей, но никогда не сдавалась и не работала с теми, кто опускал руки. И конечно, я не буду резать себе горло только на основе предположений, как сказала она.
— В любом случае, в моей бывшей религии суицид запрещен, — пожал плечами Джимми. — И, если не ошибаюсь, у мицлапланцев тоже. Так или иначе, нам надо идти за ней в этот чертов Город — либо прикончить ее, иначе она встретится с князьями демонов тет-а-тет.
Один за другим они последовали за Калией к пирамиде. Она не собиралась их ждать, но, дойдя до колоссального здания, вынуждена была остановиться, потому что не увидела даже намека на вход.
Джимми Маккрей встал рядом с Калией и осмотрелся.
— Не трогайте никакие символы, — предупредил он. — Эта штука находится здесь потому, что как-то подключена к той прорве энергии. Может, это их вариант стабилизатора, или аккумулятора, или даже трансформатора, питающего Город от источника. Большинство этих символов напоминают мне древние охранные знаки, которые, как правило, значили что-то типа «Входа нет» или «Изыди!».
Капитан подошел ближе и пригляделся.
— Не думаю, что они бы вывели наружу что-то действительно опасное, тем более без ограждения — хотя бы для того, чтобы никто не пострадал случайно. И все же давайте обойдем ее кругом. Может, найдем что-нибудь более интересное.
На стороне, обращенной к Городу, они заметили гораздо больше знаков, незнакомых ни Маккрею, ни кому-то еще. Посередине виднелись цветные вертикальные полосы.
— Ага, наша транспортная система, — заметил капитан. — Вот только мы не знаем, куда она ведет.
— Вниз, конечно, — сказала Криша. — Это самый высокий уровень, с которого можно попасть в пирамиду.
— Да, но как далеко и куда именно? — спросил Джимми.
— Самое разумное — выбрать всем одну и ту же полосу и посмотреть, где мы окажемся, — ответил Чин. — Только вот какую выбрать?