Модра заключила ее в объятия.
— Так они думают, и так они заставляют тебя добровольно повиноваться их малейшему желанию. Им это нравится. Они видят в нас лишь пищу, игрушки, животных. — Она задумалась. — Слушай, а ты не помнишь, как выглядел Тот знак, защищавший тебя? Если он настоящий, то, может, он поможет нам выбраться отсюда?
Криша покачала головой.
— Нет. Я, конечно, знала, что он есть, но в видении я все видела словно бы своими глазами. Думаю, что не могла его видеть, потому что он был у меня на лбу.
— Жаль, — вздохнула Модра. — Эта штука могла бы нам пригодиться.
Ган Ро Чин склонился к уху Маккрея, наблюдавшего, как Молли — или Гриста, или кто бы она ни была — ест с выражением почти неземного блаженства на лице. Если это и в самом деле была Гриста, то сейчас она впервые что-то пробовала, в обычном смысле этого слова.
— Ну что? Гриста это или нет? — прошептал Чин.
— Не знаю, — так же тихо ответил Джимми. — Ведет она себя так, как вела бы Гриста, и говорит похоже. Но кто знает? В мозг Молли были внесены некоторые ограничения, а у этой их, похоже, нет, — во всяком случае, не свойственных всем нам. А могли они переделать тело и мозг изнутри?
— Могли, — ответил ему капитан. — Тело целиком погрузилось в энергетическое поле, а изменения, должно быть, требовались небольшие. Поскольку ее тело изначально было синтетическим, то наверно, такому компьютеру нетрудно было его проанализировать. Настоящий вопрос задала Тобруш — если это на самом деле Триста, то это значит нечто невероятное. Это значит, что не только наши сущности, наши души переживают смерть тела, но и наши сознания, наши личности — тоже. По крайней мере, существует сила, способная распознать их, захватить, удерживать и вернуть обратно, если пожелает.
Джимми Маккрей пораженно посмотрел на капитана.
— Ты же воспитан в теократическом государстве, и ты не веришь в существование души?
— Не так. Не как в цельное, неизменное сознание, такое же, как то, что существует в теле.
— А, да, точно. Вы верите в реинкарнацию для совершенствования и наказания. Но, конечно, у вас тоже не разрешаются сделки с дьяволом. И если Триста — все же не Триста, то это неотличимая имитация.
— Готов ли ты рискнуть своей жизнью и бессмертной душой, если она на самом деле существует?
Маккрей неожиданно заинтересовался.
— А что ты придумал?
— Нам нужна станция. Если в Городе они и есть, то они наверняка охраняются демонами. А это значит, что нам придется идти обратно через сад, где мы скорее всего не выживем, учитывая, чего нам стоило попасть сюда; к тому же, перед нами встанет та же проблема — освобожденные стражники.
— Туда вообще нет смысла идти. Даже если не считать огненный мир и орду демонов на переходной станции, у нас же не будет ни пищи, ни воды. Мы не продержимся.
— Я не говорил, что нам надо полностью проходить весь обратный путь. Но нам наверняка придется идти мимо полубогов в саду. Не думаю, что первые врата так уж важны — их стражи были лишь проекцией. Нам надо добраться до той пещеры кристаллов. Как я уже говорил, маловероятно, что нам удастся так далеко пройти, но придется рискнуть. Правда, есть и еще один, еще более рискованный вариант.
— Какой?
— Если это действительно твоя Триста, и ей удалось как-то пройти через тот проход, то, может, кому — то удастся и выйти таким же образом?
— Умерев? По этому пути тела не проходят, знаешь ли.
— Я уже сказал —рискованно.
— Это же самоубийство!
— Оставаться еще хуже.
К ним подошла Модра.
— Криша совсем расстроена. Эти демоны действительно знают, чем можно достать человека.
— Они тренировались многие годы, при каждом удобном случае, — кивнул Джимми. — Думаю, даже несмотря на то, что они были в заточении, их призывали через ментальное измерение их служители и всякие идиоты. Это многое объясняет. Тут вот капитан предлагает нам всем броситься в тот омут небытия и посмотреть, что из этого выйдет.
— Может, и до такого дойдет, — рассеянно согласилась она. — Понимаешь, демон открыл Крише видение, где над ней тяготело ужасное проклятие, она скиталась повсюду нагая, но с каким-то знаком на лбу, который всем объяснял, что ее нельзя трогать. Она не помнит, что это был за знак, но если бы нам удалось узнать…
Ган Ро Чин просветлел.