Глаза Ган Ро Чина расширились.
— Тот демон! Он запрограммировал ее!
— Он? Когда бы? В ее снах? Если он был способен на это, почему он не сделал и с нами чего-нибудь в этом роде? Я полагаю, что мы все же были защищены пентаграммой, что бы ни утверждала эта злобная бестия. Он ведь так и не перешагнул линии.
— Это был не тот. Неужели ты не понимаешь? Тот только внедрил это видение в ее сознание, создал его из ее же страхов. А активировал его другой демон, тот, которому вы подставились в станции Города. Он увидел в ней это видение и обратил его в программу, пока вы были в его власти! Именно!
— М-да? А почему только ее, а не меня? Я ведь тоже тогда попался.
— А кто сказал, что нет, Маккрей? Кто докажет, что нож, который ты почти использовал, не был первым приказом в списке? Да, для тебя все будет иначе, у тебя будут другие кошмары, но откуда нам знать, не сидит ли и внутри тебя та же дрянь, ожидая лишь, пока ваш контакт с Тобруш снова не прервется?
Джимми взяло за живое.
— Ты… ты правда так думаешь?
— Не знаю. У меня же нет возможности проверить. Думаю, ты сам все узнаешь, когда придет время. Честно говоря, меня больше интересует то, что ты сказал — что Криша передающий телепат. О таком я никогда не слышал; хотя, вероятно, Церкви нужны и такие. Например, в качестве ближайших слуг Святых Ангелов — ведь такие никогда не предадут. И самое главное: это вариация ее былого Таланта.
— Да. И что?
— Тобруш говорила, что, возможно, она выжгла все ее способности, или же ее проблема психосоматического свойства. А теперь у нее вдруг проявляется вариация ее бывшего Таланта. Скажи, Маккрей — ты ведь сам сильный телепат, — как ты думаешь, ты смог бы обратиться в передающего телепата? Ничего не воспринимать, а только передавать на полную мощь?
— Наверное. Правда, я сомневаюсь, что смог бы сделать это сознательно. Во-первых, все мое обучение, все мои наработки и разум сосредоточены на обратном, а во-вторых, мне что-то не хочется.
— Не в том дело, хочется тебе или психология мешает. Ты мог бы это сделать, если бы от этого зависела твоя жизнь?
— Ну, теоретически, конечно, да.
— Значит, ее потеря Таланта все-таки была психосоматической. Возможно, она была вызвана первым этапом программы. Даже гипноту удалось бы заставить ее на время поверить, будто она потеряла талант. А гипноту, обладающему такой силой, как у Кинтара или Тобруш, удалось бы это гораздо лучше, может быть, даже навсегда. В этом ведь и заключается обработка Церкви при рукоположении — Высшая Раса использует свой сверхмощный гипнотический Талант, чтобы внедрить будущему Святому постоянные ограничения. Когда-то, по дороге в Город, одному из Кинтара, даже заточенному, удалось пробить гипнотическое внушение ее Ангела. Она сама рассказывала…
— Да? Ну, значит, это внушение. Но это же все равно проклятие, разве нет? В чем разница? Она и со старым-то не могла справиться, а уж после того, как ее накачивали семь минут во тьме, даже Тобруш или Ангелам не удастся его сбросить. Только Кинтара, которые знают, как оно устроено, быть может, способны на это, — а может быть, в том-то и суть. Поживи как она, и через какое-то время радостно продашь душу бесу. Любому. У них появится свой человек среди Святых, а они там заправляют всем. Это будет Калия для Мицлаплана.
Ган Po Чин поразмыслил над его словами, и чем больше он думал, тем лучше понимал, что Маккрей угадал. Не совсем точно, разумеется, — тому демону было наплевать на большую войну, он просто хотел добыть себе поклонников — но он явно предполагал нечто подобное. Сломить их было явно недостаточно; если позднее им удастся избавиться от ментального кошмара, то они будут не очень-то исполнительны. Тело будет подчиняться, но не душа. Значит, надо поставить их в такое ужасное положение, чтобы через какое-то время они сами стали молить чертову тварь об избавлении!
— Если бы ты все же воспользовался ножом, а потом ощутил непреодолимое желание заняться сексом, ты, быть может, сделал бы что угодно, чтобы вернуть потерянное, — заметил Чин.
Маккрей саркастически хмыкнул.
— Это было бы посложнее, чем вытащить ее.
— Кто-то же занимается на Бирже синтетическими людьми. Неужели они там проектируют только женщин?
Джимми оцепенел.
— Точно. Не только. Да… я понимаю, что ты имеешь в виду. Учту. Как обычно, это означает, что я марионетка в чьих-то руках. Если я останусь в контакте с ними, то буду продолжать ощущать весь разврат, который здесь творится. Если выйду, то окажусь в собственном аду. Умеешь ты, однако, порадовать, капитан!