Грейс быстро перестала изучать окружение. Здесь ничего не изменилось, а смотреть действительно не на что. Типичный городской пейзаж, от которого она отвыкла. Уже совсем. И даже если она в глубине сознания пыталась отыскать или хотя бы синтезировать какие-то чувства, возродить воспоминания, которые у нее непременно должны были бы возникнуть хотя бы на миг, ничего ей на ум не приходило - кроме как побыстрей разобраться с насущными делами, а после незамедлительно убраться отсюда подальше… Это не ее прошлое, а тем более - не настоящее. Будущее? Возможно… Но стать пациенткой… Лежать обмотанной трубками и проводами, срать под себя и пускать пузыри слюны? Лучше уж умереть в бесконечном счастье наркотического прихода, не возвращаясь к реальности. Просто улететь в космос, не оторвавшись от земли…
Что же до людей, которые спрятали в каменных коробках свои надежды и печали вкупе со своими каждодневными заботами? А на них ей положить по полной. Они не знают ничего о свободе. Это понятие относительно, но... Хотя бы о свободе мыслить… Да, мыслить эгоистично и асоциально. Как это делала она, говоря прямо - всем похуй на ваши страдания и проблемы, потому что это пшик для мира. Но даже жалкая пылинка может быть увидена и услышана. ПХ дала им такую возможность, но они ее не приняли. Так к чему теперь сожаления, если вы проебали свой шанс?
Грейс внезапно ощутила себя такой одинокой и чужой здесь, ей захотелось вернуться в “Стеклянный Дом” - миниатюрную вариацию университетского кампуса из все тех же материалов - бетона, железа и, разумеется, стекла, но куда более аккуратную, а еще окруженную зеленью природы и ее умиротворяющими звуками.
Здесь неподалеку тоже есть зеленая зона, если так можно назвать этот жалкий клочок; основную часть Ледерман Парк занимает вытоптанное бейсбольное поле, окаймленное редкими деревьями. Еще тут можно бесцельно таращиться на Чарльз Ривер, сидя на, выкрашенной в зеленый цвет, лавке. Единение с природой - так себе. Так что на эту прогулку Грейс решила время не тратить. Лучше уж сразу же запрыгнуть в машину и отправиться отрываться в клуб… Или стоит лечь спать? Может, даже выспаться?
А затем вернуться в свою келью и темницу, в воображаемый мир, где она кому-то интересна, откуда она вещает и транслирует идеи космического масштаба… Ей нестерпимо хотелось попасть в ПХ…
В вечернем свете госпиталь выглядел еще более уродливо - часть корпусов просматривалась куда четче из-за того, что построили их из светлого кирпича и бетонных блоков, рядом с ними светились новые постройки - напоминающие стеклянные полки с аквариумами, в некоторых подсветка работала, а в других - нет. Казалось, эти квадраты света парили в воздухе почти что в шахматном порядке. Другие - красные здания - сливались с багрянцем неба. Они напоминали девушке средние школы, которые некий игрок в городской симулятор напихал рядом друг с другом ради смеха.
Свое авто - пикап RAM TRX с модулями управления ПХ (а на другой машине ты не доберешься (и не выберешься) до (из) их портхолда) - Грейс оставила на наземной парковке на Паркман стрит - очередная бетонная постройка, напоминающая бункер, вырванный из земных недр. Предстояло пройти пешком немного вверх по улочке, прежде чем она окажется на территории госпиталя. Можно было бы и подъехать ближе, но там вечно снуют машины парамедиков, а паркинги более масштабные - лишь потеря времени в попытке проникнуть в эти укрытия по петляющим транспортным переходам, как и последующие потуги вырваться из плена этих искусственных пещер. Кроме того, Дереку не следует видеть ее на тачке за 120 000 баксов. Он сделает определенные выводы. Наверняка не захочет помогать… Или… Попросит, разумеется, попросит денег.
“Он славный парень… Именно поэтому я его и… - подумала Грейс. - Собираюсь использовать. Еще и совершенно бесплатно”.
Ланс выделил средства на подкуп Ли, чтобы та не мешалась под ногами. Грейс воплотила этот план в реальность. Но тратить свои кровные деньги она точно не собиралась ради затей их портхолдера. Это ему нужен этот каскадер…
Думая обо всем этом (не без труда, потому что Грейс внезапно захотелось спать), девушка двигалась вверх по улице, едва переставляя ноги в высоченных ботфортах. Она кое-как миновала, обтянутую зеленым тентом, парковку велосипедов и остановилась перекурить, потому что ощущала, как силы стремительно ее покидают. Появилась противная потливость, хотя ей внезапно стало холодно, затем сухость во рту и в заключение - тремор. Приближалась ломка, а таблеток “Калейдоскопа” больше нет. И их тут не достать… Это означало, у нее есть меньше часа на то, чтобы дестабилизировать состояние миссис Савич - матери этого Даниэля.