Мама Марата позвала их завтракать, а сам он подарил Варе три своих доклада, сшитых в книжечку. Один назывался «Клад монет с городища Шахрухия», второй - «К вопросу о причинах сокрытия кладов монет на городище Шахрухия», а третий - «К истории раннесаманидского дома. (По археологическим и нумизматическим источникам)». На обложке он написал: «Варе. На память от Марата». Гера собралась первой и торопила остальных, ей не терпелось увидеть Олега.
Вахтерша сообщила, что приехал Валерий Иванович, а в оставленной записке Олег писал, что они ушли в институт, и сбор назначил в два часа.
- Вы бы еще подольше копались! - недовольно сказала Гера. - Давайте хоть к двум не опоздаем.
Они отправились обследовать грандиознейшую из мечетей - Биби-Ханым, одурели от изобилия базара, его красок и запахов. Долго стояли у открытых окон золотошвейной мастерской и возле жестянщика, выправлявшего вмятины на потемневших кувшинах и кальянах. Была половина третьего, когда ворвались в «ханаку», а Паштет, распахнув дверь археологического кабинета, чуть не свалил с ног невысокого худого, очень загорелого человека с длинными и легкими русыми волосами, заложенными за уши.
- Куда же ты так летишь? - сказал тот мягким и сочным радиоголосом, какие бывают у дикторов.
Это и был Валерий Иванович. Провалившиеся щеки. Бородка решительно торчит вперед. Взгляд твердый и спокойный. Говорят, что первое впечатление самое правильное. Впечатление от встречи с Лерычем было такое: как будто они уже видели его, были знакомы.
Он стирал над раковиной под струей холодной воды рубашку. Выжал ее, повесил сушиться на спинку стула и каждому пожал руку. Рукопожатие может много сказать о человеке. Гера подумала: «Бывает любовь с первого взгляда, но бывает и дружба с первого взгляда».
А Валерий Иванович спросил Марата про сломанную руку и сказал, что они пообедают, потом отправятся к спонсору, закупят кое-что из продуктов, а завтра, в полшестого, выедут на раскопки. К большому сожалению Геры, Олег работал над какой-то картой и идти с ними не собирался.
Спонсор шахрухиинской экспедиции Камиль Халбекович Ширинов был крупный холеный сорокалетний мужчина. Марат сказал, что его фамилия в переводе означает «сладкий». Наверно, потому и весь облик спонсора показался каким-то карамельным: черные, словно в сиропе плавающие глаза и приторно-сладко (казалось, неискренно) улыбающиеся губы. Если бы они знали, что необычная история, которая приключится с ними этим летом, будет связана с Камилем Сладким, наверняка он заинтересовал бы их значительно больше, но тогда они были поглощены друг другом и домом Камиля.
Спонсор жил в двухэтажном особняке за глухим бетонным, украшенным вкраплениями из битых кусочков голубого кафеля забором, который щетинился сверху осколками стекла. В саду стояла увитая виноградом беседка и бил в небо тремя серебряными струями фонтан. Чаша его была выложена изразцами, похожими на старинные. Пока Лерыч решал со спонсором шахрухиинские дела, ребята сидели в гостиной - михмонхане и рассматривали коллекцию оружия. Оно висело на ковре, спускающемся с потолка до пола: сабли, кинжалы и ножи. Вместо двери в михмонхану вела стрельчатая арка, занавешенная малиновым тисненным бархатом. Из-за этой занавески за ребятами кто-то подсматривал. Она морщилась и колыхалась, пока Марат не позвал:
- Сашок, иди к нам.
Занавес еще несколько раз колыхнулся, а потом приоткрылся, и в комнату нерешительно вошел коротко стриженный черноглазый и толстощекий мальчишка. Освоился он быстро, был явно польщен, что взрослые ребята уделяют ему внимание. Он сообщил, что полное его имя - Искандер, и назвали его в честь Александра Македонского, а также поинтересовался, известен ли им этот полководец? Еще он сказал, что через год пойдет в школу, а потом станет археологом и будет ездить на Шахрухию. И про оружие поведал.
- Это - кавказский нож. Ему сто лет. Кинжал - афганский. Шпага - русская. На ней на-писано: «За отвагу». Ей тоже сто лет. А вот фашистский кортик, его носили моряки.
Парнишка был забавный и любознательный. Договорились, что Марат привезет ему шахрухиинские черепки, а Гера - петербургские значки с гербом города и царем Петром. Тут пришел Лерыч, заторопился и, к величайшему разочарованию Искандера, увел ребят. Они дважды сходили в продуктовые магазины. Потом Лерыч сел писать какой-то отчет, Марат пошел домой собирать рюкзак - из-за раннего отъезда все должны были ночевать в «ханаке», а Олег с остальной компанией отправились прощаться с Самаркандом. И конечно же, оказались на Резистанс.