— Именно поэтому, друг мой, — ответил Крид, не отрывая взгляда от приближающегося берега. — Нас не будут ждать здесь. Ни друзья, ни враги.
— А французы? — спросил Бертран де Мальвуазен, самый молодой из рыцарей. — Вы уверены, что их можно отправлять в Иерусалим без нашего присмотра?
— В том-то и смысл, — Крид повернулся к своим спутникам. — Они не должны чувствовать надзора. Только так мы узнаем, кто из них действительно верен нашему делу, а кто поддастся искушению и перейдет на сторону брата Константина.
— Хитрый ход, — одобрительно кивнул де Вермандуа. — Но рискованный.
— Война за души всегда рискованна, — философски заметил Крид. — Кроме того, с ними отправляется донна Бьянка.
— Женщина? — де Мальвуазен не скрыл удивления. — Что может сделать женщина в таком деле?
— Больше, чем ты думаешь, молодой друг, — Крид хмыкнул. — Женщины видят то, что ускользает от взгляда воинов, привыкших к прямому столкновению. Они замечают детали, улавливают намеки, понимают язык тела и интонаций. К тому же, Бьянка имеет познания в медицине, что даст ей естественный повод общаться с разными людьми.
— Она знает о своей истинной роли? — спросил Раймонд де Кабрер, рыцарь родом с Сицилии, чьи темные глаза никогда не выдавали его мыслей.
— Нет, — Крид покачал головой. — Она считает, что отправляется в Иерусалим, чтобы помогать мне в борьбе против ереси. И она действительно будет помогать… просто не так, как воображает.
Тем временем в портовом городе Яффа, служившем морскими воротами Иерусалима, с небольшого генуэзского судна сходили на берег несколько путешественников. Среди них выделялся высокий мужчина с военной выправкой — граф Жан де Монфор, облаченный в одежду паломника. За ним следовали еще трое, также скрывавших свое рыцарское происхождение под скромными одеяниями.
— Святая земля, — прошептал молодой де Брассак, осеняя себя крестным знамением. — Никогда не думал, что ступлю на нее вот так — без доспехов и знамен.
— Не забывай, зачем мы здесь, — тихо напомнил ему де Монфор. — Мы не паломники и не крестоносцы. Мы — глаза и уши кардинала Крида.
— И его мечи, если понадобится, — добавил шевалье де Прэ, поправляя плащ, под которым скрывался короткий меч.
— Пока нам нужны только глаза и уши, — осадил его де Монфор. — Никаких действий без прямого приказа. Помните инструкции: найти брата Константина, втереться в доверие к его последователям, собрать информацию.
— А что с остальными? — спросил де Брассак. — Они должны были прибыть раньше нас.
— Если все идет по плану, они уже в Иерусалиме, обживаются и завязывают первые контакты, — ответил де Монфор. — Мы встретимся с ними, но не сразу и не все вместе. Слишком большой риск выдать себя.
Они направились к городским воротам, где стража — мамелюкские воины в характерных тюрбанах — проверяла прибывающих. Неожиданно де Монфор заметил женскую фигуру в серой дорожной одежде, которая также ожидала проверки.
— Донна Бьянка? — удивленно прошептал он, узнав дочь венецианского патриция.
— Кардинал не говорил, что она будет здесь, — нахмурился де Прэ.
— Возможно, он не знает, — задумчиво произнес де Монфор. — Или это часть игры, о которой нам не сообщили.
Они решили не подходить к женщине, чтобы не выдать своего знакомства с ней. Однако де Монфор сделал мысленную заметку: присутствие донны Бьянки добавляло новый, непредвиденный элемент в их миссию. Элемент, требующий особого внимания.
В Тунисе Крида и его спутников встретили со сдержанным почтением. Султан Абу Фарис, известный своим прагматизмом, не видел противоречия в том, чтобы принять христианского кардинала. В конце концов, торговля не знает религиозных границ, а предварительные письма, отправленные Кридом, намекали на выгодные предложения.
— Приветствую вас в Тунисе, Ваше Высокопреосвященство, — произнес визирь султана, встречая гостей у входа в дворцовый комплекс Касба. — Мой господин выражает надежду, что ваше путешествие было благополучным.
— Благодарю, почтенный Ибрагим, — ответил Крид на безупречном арабском, чем немало удивил визиря. — Морское путешествие было милостью после долгих переговоров в Венеции.
— Вы говорите на нашем языке как уроженец Каира, — заметил визирь, ведя гостей через прохладные коридоры дворца.