— Что с ним?
— Он полностью под влиянием монаха, — тихо произнёс рыцарь. — Верит каждому его слову, исполняет любые приказы. Я пытался говорить с ним, напоминал о нашей настоящей миссии, но… Кажется, он действительно уверовал в новое учение.
— Первая потеря, — вздохнул Симон. — Следите за ним, но не пытайтесь переубедить.
Три дня Крид провёл в Яффе, не спеша отправляться в Иерусалим. Он встречался с доверенными лицами, получал последние сведения о положении дел в Святом городе. Каждый отчёт подтверждал успех его стратегии — движение брата Константина находилось в глубоком кризисе.
На четвёртый день, когда скромный караван паломников готовился отправиться в Иерусалим, к нему присоединился никем не замеченный путник. Дорога заняла два дня — путешествие, которое Крид совершал уже множество раз за свою долгую жизнь. Он молчал большую часть пути, погружённый в размышления, изредка обмениваясь простыми фразами с другими паломниками.
В Иерусалим они вошли через Яффские ворота вечером, когда длинные тени уже ложились на древние камни города. Караван медленно двигался по узким улочкам, направляясь к христианскому кварталу. Крид незаметно отделился от группы, свернув в один из многочисленных переулков, где его ждал Симон Олива.
— Рад видеть вас, Ваше Высокопреосвященство, — тихо произнёс агент, склонив голову. — Путешествие прошло благополучно?
— Вполне, — коротко ответил Крид. — Что нового?
— Положение Константина становится всё более отчаянным, — сообщил Симон, ведя кардинала по извилистым переулкам к безопасному дому, приготовленному для встречи. — Вчера ещё пятеро его последователей покинули общину. Среди них был один из его телохранителей.
— Что с французскими рыцарями?
— Де Прэ по-прежнему в его окружении, поддерживает видимость преданности. Де Монфор наблюдает со стороны, готовый действовать по приказу. К сожалению, де Брассак полностью перешёл на сторону монаха — он теперь один из самых ярых его защитников.
— Жаль, — задумчиво произнёс Крид. — В нём был потенциал. А остальные?
— Двое убиты при невыясненных обстоятельствах, — мрачно сообщил Симон. — Возможно, мамелюками, возможно — фанатичными последователями Константина. Ещё трое выполняют свои задания в разных частях города и окрестностях.
Они подошли к небольшому двухэтажному дому, ничем не выделявшемуся среди других строений квартала. Внутри их встретил граф де Монфор — высокий рыцарь с проседью в тёмных волосах и шрамом на левой щеке.
— Наконец-то, Ваше Высокопреосвященство, — он склонил голову. — Мы ждали вас с нетерпением.
— Отчёт, граф, — сразу перешёл к делу Крид.
— Брат Константин находится в доме на северной окраине, недалеко от Дамасских ворот, — сообщил де Монфор. — С ним осталось около двадцати последователей, включая шестерых вооружённых охранников. Среди них де Брассак — он стал правой рукой монаха.
— Охрана организована?
— Да, но не слишком эффективно. Дом имеет два входа и несколько окон, выходящих в сад. Де Прэ сегодня дежурит на западной стороне. Он может обеспечить незаметный проход.
Крид задумчиво кивнул, затем подошёл к столу, на котором был разложен план дома и прилегающей территории.
— Что с реликвией? — спросил он, изучая схему.
— Брат Константин носит её на шее постоянно, — ответил де Монфор. — Снимает только на ночь, помещая в специальный ковчег. В последние дни он стал ещё более параноидальным — никому не доверяет, даже ближайшим соратникам.
— Когда лучше всего действовать?
— Глубокой ночью, ближе к рассвету, — предложил Симон. — В это время бодрствует минимальное количество охранников, и сам монах обычно спит.
— Хорошо, — Крид выпрямился. — Подготовьте всё необходимое. Я отправлюсь туда один.
— Один? — де Монфор не скрыл удивления. — Но это слишком опасно, Ваше Высокопреосвященство. Позвольте мне сопровождать вас.
— В этом деле мне не нужны свидетели, граф, — твёрдо ответил Крид. — То, что произойдёт между мной и братом Константином, должно остаться между нами. И Богом.
Де Монфор хотел возразить, но что-то в глазах кардинала — древняя, холодная решимость, не свойственная обычным людям — заставило его замолчать.
— Как прикажете, монсеньор, — наконец произнёс он, склонив голову. — Но позвольте хотя бы организовать вашу безопасность на подходе к дому. Мы можем отвлечь охрану.