Когда же об меня перестанут вытирать ноги, все кому ни попадя? Может у меня лицо такое доверчивое. Даже распространители сектантской литературы из всей толпы выбирают только меня, пытаясь «приобщить к благому и дать новую жизнь» наверняка зомбированую. Странно, а ведь после той детской истории с яблоками я стала совершенно другой – упорной, добивающейся своего. Что же могло со мной такого произойти под влиянием начальника, что я стала постоянно плачущей мямлей? Очень странно, надеюсь, некий блок, поставленный на очень даже объятной площади моего тела, на это не влияет. А если влияет?
- Кира, – тронул меня за плечо Дима – тебя Надя зовет.
- Я хочу полежать.
- Кир, что случилось?
- Дим, давай потом.
- Кир, ну ты чего? – он вздохнул и сел ко мне на кровать - доктор тоже хочет тебя видеть. Не упрямься.
- Я плохо себя чувствую.
- Ну, Кира! Давай ты отложишь плохое самочувствие на попозже?
- Если не отстанешь, - прошипела я - тогда я к тебе пристану! Понял? И уже не как к другу, а как к сволочному мужику! Хотя и как к другу тоже вопросы есть.
Я имела в виду, что побью его, но он понял совершенно не так и отскочил, как черт от ладана.
- Э-э-э, полегче. Не надо, мне мои бубенцы дороги!
- Что? – не поняла я и повернулась.
- Шеф всем и каждому говорил, что кто к тебе притронется, того он собственными руками кастрирует. А он человек слова, сказал – сделал.
- Какая трогательная забота, – зло сказала я, садясь на кровати – а почему ты мне раньше это не говорил?
- Раньше ты мне тоже на «такие вещи» не намекала.
- Подожди! - Я от неожиданности даже забыла объяснить, что он меня не так понял – а когда он тебе это сказал?
- Он это не лично мне сказал, а всем в нашей группе, да и давно это было, чего тебе вдруг понадобилось?
- Насколько давно? – не унималась я.
- Давно. Точно не скажу… года два – три. Я тебя тогда даже не знал еще. А к чему ты клонишь?
- Вспомнила про Максима. – Напомнила я ему о трагической гибели моей недолговечной любви. – Как ты думаешь, он не мог быть причастен?
- Ты чего?!! Совсем рехнулась?!!! – покрутил он пальцем у виска. – Я там лично был, это действительно совпадение. Здание шло под снос, и заходить внутрь было категорически запрещено, там перекрытия «на соплях» висели, а он пошел… и успел бы выскочить, если бы сердце не прихватило… хотя… твоего предыдущего хахаля он тоже сначала понизил, а потом и совсем уволил. Но быть причастным к смерти Максима, по-моему, это слишком!
- Сам же сказал, что он человек дела. – Пробурчала я. – Хотя так Андрею и надо, он с Прохоровой спал. – Вспомнила я его лживые глазки.
- Ну, я тоже не святой… если честно… да я даже не знаю такого мужика, который бы с ней не был?!
- И шеф?
- О-о, вот тут чего не знаю, того не знаю, но она пришла уже после тебя и ее таки взяли, а брать там, скажу я со знанием опыта, совершенно не за что!
- Это ты про маленькую грудь?
- Это я про все.
Так и не дождавшись нас, вошел доктор.
- Собирайтесь, вам нужно посетить колладронсер. Ваши друзья уже приняли пищу и готовы покинуть эти стены.
Как оказалось, процедуру «напенивания» уже прошли все, кроме нас с Димой. Пена была очень мягкая и, благодаря жужжащим приспособлениям в аквариуме слегка шевелилась. Когда я лечила нос, то заметно этого не было, сейчас же мне казалось, что вся пена совершает по моему телу скоростную миграцию в хаотичном порядке. А так как оно у меня не больших размеров, то скорость миграции была довольно высока, и это оказалось очень щекотно. Смеяться, когда ты в пене с головой и дышишь носом через штуку, напоминающую старый электрический штепсель - страшно, так что приходилось терпеть.
Глава 16
После процедуры нас попросили переодеться в нашу одежду. Собрав всех в полном составе в комнате отдыха, доктор торжественно объявил, что курс реабилитации мы прошли полностью и теперь нас приглашают на прием к президенту.
- Вы поедете на ритуальных животных – тхуртах.
- Ритуальных, для чего? – Мне абсолютно не хотелось ехать на неизвестных мне тхуртах, особенно если учесть разнообразную фауну этого мира. Хотя флору тоже не стоит списывать со счетов.
- Ритуальных, для посещения президентского дворца.
- А вы там будете?
- Обязательно, но чуть позже.
Доктор (я так и не удосужилась спросить его имя) согласился нас проводить к этим невиданным ритуальным животным. Мы вышли, во внутренний двор больницы и нашим очам предстали пять одинаковых оседланных лошадей. Лошади были самые обычные, кроме одного неоспоримого факта – они были ярко бирюзовые. Поохав и оглядев со всех сторон диковинных копытных, которые с не меньшим любопытством разглядывали нас (но более тактично, не тыкая пальцем и не выражаясь трехэтажным матом от удивления), у, оставшихся, наконец, возник вопрос, который я уже задала сама себе.