Следующая попытка заставила меня возненавидеть всех лошадей, а этого коня в частности. Я практически уже села ему на спину и пытаясь не скатиться вбок (до стремян я так и не смогла достать) схватилась за седло. Хотя то, на что с таким трудом я взгромоздилась, назвать седлом, было довольно сложно, так, кусок кожи с небольшими бугорками спереди и сзади сидящего, затянутый ремнем под животом животного. Для верности пришлось уцепиться за гриву. Как могли сидеть, никуда не сползая, мои товарищи – это для меня оставалось загадкой. Но, толи я этому коню доставила некие неудобства (подумаешь, выдрала немного волосков из гривы, жалко, что ли), толи ему просто надоело смотреть на ненормальную наездницу, которая и на спину-то сесть нормально не может. В общем, мой конь, полюбовавшись на мои старания, просто взял и сел по собачьи, поджав под себя задние ноги. Я, не ожидавшая от него такой подлости, как на зло, в этот момент отпустила гриву (чтобы тайком спрятать вырванные волоски в карман для подарка отделу генетики) и совершенно не успела ни за что уцепиться. Заскользив по седлу и крупу пребольно ударилась копчиком об землю. Пока я охала и ахала, пытаясь встать (тут мне уже никто не помогал - присутствующие были не в состоянии вообще что-либо делать от смеха) это своенравное животное решило откровенно надо мной поиздеваться. Конь привстал ровно настолько, чтобы его зад поравнялся с моим лицом, громко заржал и, задрав к верху хвост, пустил мне в лицо газы. От такого напора у меня разметало волосы на голове и обдало жаром, к вонючему запаху роз прибавился запах конского навоза, а лицо кроме глаз (их-то я успела зажмурить) и волосы покрыла мельчайшая сетка из коричневых точек. В этот раз все не просто смеялись, а просто задыхались от хохота не в силах ровно сидеть и стоять. Все, кроме меня. Я была в ярости. Желание прикончить это гнусное животное подавляло даже обиду, но конь благоразумно отошел на приличное расстояние. Доктор, похрюкивая и стараясь не смотреть мне в лицо, поманил меня рукой. Я, с трудом поднявшись, подошла.
- Этот тхурх выказывает вам свое неудовольствие. – Произнес он, с трудом сдерживая смех и упорно разглядывая нечто на земле под ногами.
- Да мне плевать что он там выказывает, я на нем не поеду. Именно из-за этой голубой сволочи у меня теперь все болит, я поцарапана и выгляжу как говнотрафарет! У кого-нибудь платочек есть? – обратилась я уже к ребятам.
Платочек нашелся у Тани она, вытерев им слезы радости, подала его мне. Я ехидно поинтересовалась у остальных, не нужен ли еще кому-нибудь платок. Оказалось, нужен был всем. Когда, наконец, мне платок все-таки достался – он был слегка влажным от слез. Я попыталась вытереть им лицо и окончательно все размазала. Теперь я была похожа на спецназовца военно-морского флота Соединенных Штатов. Наверняка мой взгляд в сторону друзей и вызвал новый взрыв хохота.
- Могла бы и не стирать, за веснушки бы сошло. – Первым пришел в себя Игорь.
- Когда ты повторишь мою эпопею, придет мой черед смеяться – угрюмо пробурчала я.
- Не сомневаюсь, но такое повторить невозможно. Жаль, камеры под рукой нет, этот ролик меня бы озолотил.
- С кем я могу поменяться лошадями? – проигнорировала его слова я, обращаясь к друзьям.
Дима молча слез и предложил мне свою кобылу, икая от смеха и стараясь так же не смотреть в лицо. Взгромоздясь на нее без происшествий, Дима же подсаживал, а не лапал, мы, наконец, двинулись в путь. Всю дорогу мои спутники переглядывались и ржали, закрывая ладонью не только рот, но и нос, а я безуспешно пыталась оттереться, годящимся теперь только для удобрения, платком, с ужасом представляя, как покажусь на глаза местному правителю, и какое у него при этом будет лицо. В расстроенных чувствах я совершенно пропустила момент восхищенного вздоха, и самая последняя обнаружила уже перед самым, немного оттертым, носом, возвышающийся прекрасной белой громадиной, огромный футуристический дом. Напрочь забыв про мой ляпсус, я и мои друзья во все глаза любовались шедевром архитектурного строительства.