- Да любой, главное не меньше сорока градусов.
- Заметано.
Господи какая хрень, а не день!
На листке разместились отсканированные документы, уменьшенные до минимально читаемого шрифта. Там значились шесть актов зачистки и шесть адресов, в графе «результат зачистки» стояла одинаковая запись «найден умершим», во всех случаях имел место быть, поджег и что самое интересное, подписей не было ни чьих. Даты сильно разнились, но почти все в этом и прошлом месяце.
Я откинулась на спинку кресла в своем кабинете.
Группа зачистки в нашей организации исполняет роль внутренней полиции и занимается проверкой работников на предмет связи с конкурирующими организации уже после их приема на работу. Это по сути служба безопасности. Если такой человек был выявлен, то, как правило, его пытаются задержать в его же доме. В этом месте все сходилось. Но не убивать же ценный источник информации! Вот отсюда и нужно начинать «раскопки».
Так. Рассуждала я. С ведением документации у нас очень строго, а это значит, что документы хранились только в электронном виде «на всякий случай» и без расчета, что кто-нибудь прочтет, то есть члены «узкого круга» их не видели, тем более, не подписывали. Соответственно, под подозрением один из членов. И что-то мне подсказывает, что это могу быть я, а если это и не так, то козлина Кохенсон все равно меня туда приплетет. Он любит такое делать. У Димы спрашивать, смысла нет - секретную информацию он никогда не выдаст, значит, все выяснять придется самой. Однозначно, нужно посетить адреса. Внутрь я, скорее всего, не смогу войти, но поспрашивать же у соседей мне никто не запретит.
Да, все еще рабочее время. В первый раз за четыре года работы я ухожу с работы раньше положенного. Да, мне влетит. Ну так и так влетит же. То хоть за дело.
Глава 4
Я ускорила шаг на выход. На ходу, быстро выдавая профилактических люлей, указания подчиненным и грозя скорой сдачей отчета, я направилась в сторону собственного дома, все сделать до наступления сумерек. Еще мне стоило переодеться во что-либо более теплое – короткое пальто и тонкая юбка на холодном ветру была не самой лучшей одеждой.
Уже на полдороги к дому вспомнила, что со всеми этими переживаниями и размышлениями, забыла выключить компьютер. Вот же тетеха меня предупреждали, а я забыла. Возвращаться совсем не хотелось, да и кто туда может проникнуть? Кому оно вообще надо? Никакой секретной информации там особо и нет. Без доступа в базу не войти. Все у шефа. Кабинет надежно заперт, а я завтра прямо с утра прибегу и выключу его. Да и дома холодильник был пуст, нужно купить продуктов.
Только я подняла тяжелые пакеты, отходя от кассы гипермаркета, как зазвонил мобильник. Чтоб его! Еще ни один телефонный звонок в моей жизни не был вовремя.
- Але! – рявкнула я в трубку, поставив один из пакетов.
- Светку убили – дрожащий голос Севки Морозова из моего отдела спутать было ни с кем невозможно.
- Какую? Как? – только и смогла вымолвить я, роняя пакет и одновременно с этим думая, ложила ли я туда что-либо бьющееся.
- Тут такое дело. Мы с ней заперлись в кладовке, со Светой Прохоровой, а я потом выскочил за презервативом, пришел, а она сидит, ну я думал, присела… и давай одевать, а она упала… и увидел кровь, кровь везде… – сбивчиво рассказывал интимные подробности Севка.
Фу какая гадость! Спасибо конечно, что мне так доверяют, но я смогла бы прожить и без этого доверия.
- Что?! У вас там роман?! – Вот за что мне это все? Вот за что?!
- А она упала и кровь изо рта пошла, а я… - и тут начались рыдания.
- Ты не ответил! У вас там, что, служебный роман в кладовке?!
- У нас любовь… была-а – и снова рыдания.
- Кто уже знает?! – убито спросила я, представляя истерический припадок.
- Уже все! Вас не было, и я доложил Михаилу Юрьевичу, а он сказал срочно позвонить Ва-а-ам.
Это будет апокалипсис! Сука! Один раз ушла раньше! Один, сука, раз!
Уже доложил Бультерьеру. Твою ж мать! Наш директор мужик огромный, брутальный, накачанный, яркий, от баб отбоя нет, но пугает всем своим видом, еще до того, как начинает говорить. Особенно если вспомнить как этот мудак орет.
Ну вот тут должны быть такие маты, чтоб душа свернулась и развернулась. Но сил на них нет.
Все это время голос на том конце трубки рыдал, сморкался и мало информативно шмыгал носом.
- Сейчас сумки домой отнесу и приду, – буркнула я в трубку.
Заебись день. Да, когда же он закончится.
Разговор о предполагаемом убийстве на рабочем месте, да еще и в охраняемом помещении с неимоверным количеством камер наблюдения, так еще и в мое короткое отсутствие не умещался в голове. Мне казалось все жестокой шуткой, и поверить в происходящее никак не получалось.