- Я почему-то думал, что у тебя будут длинные светлые волосы. - Он еще раз улыбнулся сам себе и пошел кому-то звонить.
- Я подстриглась и покрасилась – крикнула я в след и уже тише со вздохом – и покрасила брови, похоже, что зря.
- Игорь, я нашел ее – донеслось оттуда – это она, я ее сбил, она в порядке, но тут такая истории произошла… - и он поведал некоторые, самые приличные события сегодняшнего вечера и ночи. – Не ржи…Ты сам понимаешь, насколько она нужна нам… мне… да… конечно… ты свяжешься?.. Да харэ ржать…. Давай, буду ждать, никогда бы не подумал, что влипну в такое.
Уже рассвело, и нужно было намазать синяки, и я поднялась наверх. Мамуля выводила трели, дай боже ей здоровья.
- Собирайся, я отвезу тебя в больницу – негромко донеслось снизу.
- Врачи же сказали, что со мной все в порядке. – Робко запротестовала я, спускаясь.
- Прежде чем вступить в должность, каждый новый сотрудник проходит полное обследование в больнице принадлежащей нашей организации, заключения других больниц не подойдут. Обследование проходят все и ты не исключение.
Пришлось согласиться. А куда денешься с подводной лодки?
Меня привезли в какое-то белое здание и уложили в очень комфортабельную палату. Немного позже, Михаил привел ко мне пожилого мужчину с ноутбуком под мышкой. Меня попросили расслабиться и лечь. Я послушалась, последнее, что я почувствовала – это большая присоска, прикрепившаяся к темечку и больно оттягивавшая волосы. Потом темнота поглотила меня. Остался только слух.
- Тебе придется стать для нее самым отвратительным в мире начальником. – я услышала голос пожилого мужчины - Ей нужно вырабатывать гормон стресса и негативные эмоции. Блок не смог стать как нужно, у девушки сотрясение, а это значит, что если у нее не будет большого количества кортизола, то у нее будет опухоль мозга, но скорее всего не успеет появится, она просто сойдет с ума.
- Нет у нее сотрясения, ее врачи смотрели!
- Значит плохо смотрели, не было бы, блок сел бы как нужно.
- А если снять? – Михаила явно трясло.
- Его можно снять только через год и то если организм адаптируется. – крякнул мужчина.
- А до этого тиранить девочку? Нет! Я не смогу! Давай снимай. – Он был вне себя.
- Я же сказал, что снять невозможно, блок не стал так как нужно, у девушки сотрясение. – мужчина напротив был крайне спокоен.
- Твою мать, зачем я с тобой только связался! Мне же нужно было, чтоб она вот этой белиберды не помнила. – Михаил уже кричал – Ты понимаешь, что мне эта девочка небезразлична? Да я ее сюда на работу притащил, только чтоб быть ближе. Знаешь, чего мне это стоило?! Да я за ней уже год наблюдаю! Всех мужиков от нее отбил и сам развелся, это учитывая, что мы в разных городах были. А теперь что? Она меня возненавидит и все!
- Боже, Миша, не ори, теперь она всегда будет рядом
- А толку то от этого?!!!
- Блок стабилизируется, ты увидишь и сразу его снимешь.
- Да, как я увижу? И как сниму? – Михаил не планировал снижать децибелы.
- У девочки была центральная гетерохромия, сейчас ее нет. Как только она вернется, можно снимать блок. – мужчина продолжал говорить спокойно – мне маякнешь, я и сниму.
- А если это не год? А если это дольше? — вдруг тихо сказал Михаил.
- Возможно и такое, мы исключать этого не можем. Но ты главное помни, что ей нужен кортизол, устраивай девочке стрессы. Все положительные эмоции в длительном формате будут провоцировать формирование опухоли. Да, еще, у нее могут быть проблемы с памятью, при сильных положительных эмоциях память будет стираться. Поэтому, огради ее от половой жизни и всяких там… восторгов.
- Твою же ж мать - только и смог сказать Михаил.
Моя последняя мысль была «Как же мне его будет не хватать». И слух исчез. Все исчезло. Остались тьма и пустота.
- Она приходит в себя – услышала я чей-то далекий голос.
Мне казалось, что я под водой, то же ощущение легкости, шум в ушах и сильное жжение в груди, как от нехватки кислорода, но я не тонула и не задыхалась. Глаза легко открылись.
Передо мной стояла девушка с темно-русыми волосами до плеч. Острый подбородок, светлые глаза с поволокой и ярко накрашенные губы. Все это мне было очень знакомо. Я была готова поклясться, что знаю ее, но воспоминания не шли. Взгляд скользнул ниже – бюст приличных размеров и тонкая талия. Определенно я с ней знакома, но кто она, так вспомнить и не смогла. Девушка заметно нервничала и покусывала губы. Я устало закрыла глаза, и голова снова закружилась, унося мое сознание.
Глава 22
Вот я уже стою в женском туалете и пытаюсь смыть размазанную от слез тушь холодной водой. Без мыла получается плохо и от этого еще больше текут слезы, превращая мое лицо в зареванную маску.