Квартира оказалась достаточно просторной, на кухне разложили диван, в комнате разложили диван и единственное кресло. Так что аэроспейс надувать не пришлось.
Мы экстренно собирались ложиться спать, чтобы уже сегодня, побольше всего успеть посмотреть. Надя с Игорем закрылись на кухне и громко ругались, Таня показывала Диме как пользоваться душем, но судя по доносящимся громким стонам мыться им было некогда, а вот я бы хотела посетить душ по назначению, когда в дверь постучали. Кого могло принести в полвторого ночи, непонятно. В душе стоны прекратились, зато начались на кухне. Не квартира, а вертеп. Пришлось открывать самой.
В проеме стоял и двумя руками сверху и сбоку фиксировал косяк пьяный в сопли директор.
- Что, с-сука с-стоять – его повело – решила без меня уехать?
Я с перепугу, не иначе, захлопнула у него дверь перед носом. В которую он тут же начал молотить со всей дури.
- Кто там, Кира? – Вышла из душа Таня
- Там директор! – в ужасе прошептала я
Дима заржал и пошел в комнату спать.
- Так открывай! – кинулась к двери Таня
- Нет. Он пьяный – я выпучила глаза, пытаясь донести как мне сейчас страшно.
- Блин, Кира, впусти его, ты чего? Он сейчас дверь вынесет.
Я ничего не ответила и пошла в душ.
Когда я вышла, уже все спали, да как так-то? Меня не было минут пятнадцать. Свет выключен. Мое место занято одним красивым бугаем в боксерах. Пришлось его будить. Он будиться не хотел катастрофически. Вот гад.
- Малыш, спи рядом, тут место еще есть, - и он перевернулся на бок.
- Какой я вам малыш? Тоже мне Карлсон нашелся!
Мне хотелось плакать, я так ждала эту поездку, и что? Я завтра ничего не увижу, потому что все просплю? Я собрала волю в кулак и закрутившись в покрывало, благо лето и мужчина у меня не станет его отбирать, и полезла спать в образовавшуюся брешь между мужским телом и стеной. Проснулась я на нем, на мужском теле. В живот упиралась эрекция.
- Господи, Фортунина, слезь с меня – он заорал так, что чуть стекла не повылетали. Меня тут же сдуло в душ.
Надо ли говорить, что директор не уехал сразу домой? Он таскался за нами в своей машине по достопримечательностям и всячески сворачивал мне кровь. Пытался превратить мою жизнь в ад даже в отпуске. Я на это плохо реагировала, если честно, потому что положительные эмоции захлестывали. Но он, упертая скотина, не сдавался. И на обратном пути заставил шантажом сесть в его машину.
- Зачем? – рыдала я – вот зачем вы приехали? Вы все испортили! Это должен был быть отдых!
- Ничего себе отдых – орал он, не отрывая взгляда от дороги – да я из за тебя похудел на два килограмма!
- Из-за меня? Да кто вас звал вообще? – слезы текли градом, и он милостиво отжаловал мне пачку салфеток из бардачка - Зачем вы приехали за нами? Тут путь шесть часов! Зачем?
Он молчит. Только бросает странные взгляды. Меня начинает мутить.
- Зачем? Что вы молчите? Зачем?
И тут меня выдергивает.
Я окончательно прихожу в себя. Голова жутко болит, тошнит и хочется пить. Кушетка приняла свой первоначальный облик и мужчины вышли. Девушки помогли отсоединить проводки от моего тела, настала очередь носа и ушей. Такого садизма я никогда не испытывала, мне казалось, что вместе со щупами мне без анестезии достают мозг, но когда все закончилось, то выяснилось, что чувствую я себя превосходно, и от всех моих недугов и след простыл.
Буквально, спустя несколько часов, после всех процедур, нас отправили домой. Сделали это намного проще, чем в нашем мире. Завязали всем глаза, оставив одних в незнакомой комнате, и разрешили развязать ровно через минуту. Повеяло холодом.
- Ну, так что, развязывать уже можно? – не выдержал Дима, срывая повязку – ох, блядь!!!
Мы поспешили посмотреть, что его так удивило. Честно сказать смотреть было на что. Золотистое злачное поле, покрытое утренней росой. Вокруг такие же поля. На проселочной дороге между полями стоит черный джип, возвышаясь черной громадой посреди этого спелого золота. Довольно холодно, изо рта идет пар.
- Как они это сделали? – расширил глаза Дима.
- Сделали что? – спрашивает Таня.
- Переправили нас домой?! – идет он первым к машине.
- А разве мы уже дома? – снова переспрашивает она.
- Ты не узнаешь местность? – усмехается Игорь.
- Точно, мы же отсюда уходили! – дошло и до меня.