Но и это ещё не всё — люди, которые прожили свою жизнь, веря в одно, в конце жизни внезапно разуверились в том, во что верили. И стали верить в другое. Часто — в совершенно противоположное. Хотя в их жизни ничего не поменялось. Зато поменялись убеждения. Так те, кто верил, что бога нет, вдруг стали верить в то, что бог есть. А те, кто верил, что в СССР было построено самое справедливое в мире социальное государство после того, как это государство перестало существовать, вдруг поверили в то, что всю жизнь с ними поступали несправедливо, а жили они в тюрьме. А самое удивительное — это то, что их заставили поменять свои убеждения те люди, которые в не жили в СССР.
Вера — это прекрасно. Если эта вера делает человека лучше, чище, богаче духовно. Вера во все времена побуждала человека совершать подвиги во имя того, во что он верил. А если человек внезапно начинает верить в то, что его жизнь не удалась, что всё вокруг плохо и что в этом виноваты все вокруг, а не он — это не вера. Это — политика.
В огромном кабинете Генерального секретаря ЦК КП(О) Григория Васильевича Романова находилось всего несколько человек. Но это были ключевые фигуры в новой советской иерархии. Кроме руководителя советского государства, которым, по сути, являлся Григорий Романов, на совещании присутствовали министр внутренних дел СССР Вадим Тикунов, министр иностранных дел СССР Николай Егорычев, глава КГБ СССР Филипп Бобков, министр обороны СССР Сергей Ахромеев. Также прибыли председатель Гостелерадио СССР Николай Месяцев, который недавно стал ещё и министром информации, и глава недавно созданного министерства по чрезвычайным ситуациям СССР Александр Шелепин.
Все эти люди совсем недавно были самыми настоящими заговорщиками и совершили самый настоящий государственный переворот, сместив с поста руководителя страны Леонида Брежнева и выдавив со всех руководящих постов его соратников. А еще в кабинете находился Кирилл Трофимович Мазуров, первый заместитель председателя Совета министров СССР. Который, по сути, теперь возглавил Комитет государственного контроля, членами которого совсем недавно являлись все собравшиеся на совещание у нового лидера Советского Союза Григория Романова.
При этом Комитет государственного контроля, приведя во власть своих руководителей, не исчез, он продолжал существовать. И продолжал выполнять свои функции — контролировать работу советской власти, как в центре, так и на местах. Потому что, как не сильна была государственная машина, в Советском Союзе после железной руки товарища Сталина многие разучились работать на совесть. А страха давно не было. И вот теперь он снова появился — негласные методы работы Комитета позволяли быстро наводить порядок там, где законными методами это сделать было сложно и долго.
При этом формально всё делалось именно по закону — та же милиция, те же суд, прокуратура, а в более серьёзных случаях — КГБ. Вот только приказы зачастую руководство этих правоохранительных органов получали вовсе не от своего непосредственного начальства, которое зачастую пыталось саботировать работу правоохранительной системы Союза. Конечно же, таких саботажников выявляли, снимали с должностей, иногда даже сажали. Но чтобы не останавливать процесс обновления государства, параллельно работал страховочный механизм — Комитет государственного контроля. Сотрудники которого давным-давно были внедрены во все государственные структуры и на местах способствовали тому, что приказы «сверху» неукоснительно выполнялись.
Фактически в кабинете генерального секретаря ЦК КП(О) собралось так называемое «малое Политбюро». Именно «малое Политбюро», то есть, негласный руководящий орган — несколько человек — в эпоху Брежнева часто решало в своём узком кругу самые важные вопросы в Советском Союзе. Поэтому состав Политбюро ЦК КП(О) был кардинально обновлён и голоса даже тех его членов, кто был настроен против инициатив нового генсека, были нивелированы теми, кто ранее состоял в Комитете государственного контроля.
Сегодня эти люди составляли новое «малое Политбюро». Не было разве что министра культуры СССР Демичева, первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии Машерова, председателя Совета министров СССР Косыгина и председателя Совета министров РСФСР Соломенцева, которые раньше были членами Политбюро ЦК КПСС и остались членами Политбюро ЦК КП(О). Машеров наводил порядок в своей Белоруссии, Демичев занимался вопросами культуры. Косыгин же с Соломенцевым не входили в состав Комитета государственного контроля, впрочем, они занимались экономикой и в политику не лезли. А сегодня в кабинете у Романова решались как раз политические задачи.