К тому же Рейган провозгласил политику разрядки во всем мире и призвал не воевать, а договариваться, в том числе и с такими странами, как Китай и Советский Союз.
«Коммунизм — это ни экономическая, ни политическая система, это форма безумия, временное отклонение, которое вскоре исчезнет с лица Земли, потому что он противен человеческой природе. Вопрос только в том, сколько ещё бед он принесёт до своей кончины. Но и с безумцами можно договариваться, если одеть на них смирительную рубашку», — провозгласил Рейган в одном из своих публичных выступлений.
И он предложил американцам программу по созданию такой смирительной рубашки для коммунистов — с одной стороны, он провозгласил политику «мир через укрепление» с увеличением на 40 % ассигнований на нужды обороны, а с другой стороны, предложил подписать с СССР договор ОСВ-2 об ограничении стратегических вооружений, в том числе и ракет средней дальности, которые ранее США намеревались разместить в Европе. Кроме того, Рейган предложил снизить ставки федерального подоходного налога с 70 % до 28 %. И это сработало — на внеочередных выборах именно Рейган с огромным отрывом — он одержал победу в 44 штатах, собрав 489 голосов выборщиков. Форд победил в 6 штатах, собрав 49 голосов выборщиков. Вице-президентом Рейган назначил Джорджа Буша, бывшего директора ЦРУ. А директором ЦРУ стал Уильям Кейси.
Но пока в Америке бушевали предвыборные страсти, а потом по всем штатам прошёл каток досрочных президентских выборов, в мире назревал очередной кризис…
— Понимаешь, майор, что это не игрушки?!
Председатель КГБ СССР Филипп Бобков был не просто зол — он был разъярён, взбешён и руководитель отдела КГБ «Омега» подполковник Шардин понимал, что сейчас, если он не докажет свою правоту, его новенькие погоны слетят так же быстро, как и прилетели.
— Прошу прощения, товарищ генерал-полковник, я подполковник, — скромно заметил Шардин.
Эти слова подействовали на бушевавшего Бобкова, как ушат холодной воды на только проснувшегося человека. Глава КГБ набрал было воздуха, чтобы разразится ещё более громкими обвинениями, но вдруг застыл, оторопело моргая, раскрыв рот. Потом, не произнеся ни слова, сел на своё место и хмуро поглядев на своего наглого сотрудника, пробурчал:
— Это хорошо, что ты помнишь про свои погоны. И, я так думаю, понимаешь, что ты сейчас от меня можешь вообще лейтенантом выйти. Значит, имеешь железобетонные оправдания. Хорошо, пока что майор, — Бобков сделал ударение на этом слове, — излагай, у тебя 5 минут.
И председатель КГБ демонстративно посмотрел на часы.
Шардин встал и стоя по стойке смирно стал докладывать свои соображения.
— Прошу прощения за самодеятельность, но время поджимало, и я не стал согласовывать с вами, товарищ генерал-полковник, всякие мелкие вводные по отношению к моим подчинённым.
— Ничего себе мелкие! — Бобков хлопнул ладонью по столу. — Да я Генеральному рассказал, что на наших «попаданцев» американцы покушение организовали. Мне Романов по самое не балуй за то, что мы прошляпили американцев, задвинул! Я стоял и краснел у него в кабинете, как пацан! А только потому, что некоторые сильно хитро вжаренные мои подчинённые не докладывают мне о своих оперативных комбинациях. Ты почему, пока что майор, мне про Артек не доложил?
Шардин молча переждал очередную вспышку гнева у своего шефа и продолжил спокойным тоном.
— Товарищ генерал, наблюдение за Артеком было моей инициативой. Я не ожидал, что в нашем пионерлагере обнаружатся не просто уникальные дети, но еще и американские уникальные дети. Просто я рассудил так — если в СССР мы просмотрели каких-то необычных подростков, то они обязательно проявятся именно в Артеке. Ведь туда посылают самых лучших. Кроме того — на всякий случай — я решил просмотреть и детей из других стран, которые попадают в этот пионерлагерь. И поскольку это была даже не оперативная комбинация, а простая рутинная проверка, я не стал ставить вас в известность. Ведь я не собирался посылать туда наших гостей из будущего.
Бобков снова вскочил со своего места и подошёл к Шардину. Смотря ему прямо в глаза, генерал прошипел: