— Но, когда ты вычислил американских попаданцев — какого чёрта не доложил? Ведь у меня на них уже были материалы от нашей резидентуры в Штатах! Мы их в Америке ищем, а они — вот полюбуйтесь, у нас под носом! А твои игры с псевдо-покушением на наших пионеров — это к чему было?! Ты что — идиот?!
Шардин снова переждал вспышку гнева Бобкова и снова ровным тоном ответил:
— Никак нет, товарищ генерал, я не идиот. Когда я обнаружил странности в поведении американских гостей, я не был уверен в своих выводах. К тому же они старательно шифровались и не показывали свои способности окружающим. Просто я потому заинтересовался этими двумя американцами, что один из них, Майкл Коннер, был мне знаком по публикациям в американской прессе. Этот мальчик из штата Алабама, когда в Юниверсити проводил семинар Джо Льюис — легенда американского каратэ, вышел с ним на спарринг. И Джо, между прочим, чемпион США по каратэ, выигрывавший бои у Чака Норриса и Бени Уркидеса, два раунда не мог ничего с ним сделать. После боя Льюис пригласил Майкла к себе в Северную Каролину, но Майкл Коннер отказался. И вот этот подросток, на равных спарринговавший с чемпионом США по каратэ, у нас в Артеке! Я был уверен, что тут что-то не то, но у меня не было фактов, не было доказательств. Поэтому я самостоятельно наблюдал за ним и его другом. А потом к ним присоединились ещё трое американских ребят, все приблизительно одного возраста — 12–14 лет. И вот тогда я подумал, что они очень уж похожи на наших «попаданцев».
Бобков поморщился.
— Ты мне тут не заливай про всех этих легенд каратэ и прочих. Я знать не знаю, кто у них там чемпион, а кто нет. Но если увидел закономерности — почему не составил рапорт? Ведь в итоге мы получили информацию на эту их «великолепную пятёрку» и твои догадки стали фактами. Вернее, стали бы — если бы твой рапорт лежал у меня на столе! А его не было!
Председатель КГБ вновь сел за свой стол и демонстративно похлопал по нему ладонью.
— Уже за одно это я могу сейчас с тебя звёздочку снять!
Шардин улыбнулся.
— Товарищ генерал, если я виноват — отвечу. Но выслушайте меня.
Бобков махнул рукой.
— Ладно, давай, продолжай. Посмотрим, что с тобой потом делать.
Шардин кивнул и продолжил.
— После того, как я понял, что американцы эти могут быть идентичны нашим «попаданцам», я установил за ними плотное наблюдение. Я, конечно же, не стал посылать туда никого из отдела «Омега»…
— …И правильно сделал! — вставил реплику Бобков. — Впрочем, если бы ты дёрнул кого-то из наших пионеров, то поставил бы меня в известность и тогда, возможно, не было бы всей этой катавасии. Я же на тот момент уже кое-какими агентурными данными располагал по этим субчикам…
— Я виноват, товарищ генерал, но наших попаданцев нельзя было подставлять, потому что, вполне возможно, американцы их бы расшифровали. Да и насторожились бы… Я направил в Артек своих сотрудников, которые работали там пионервожатыми. Кроме того, наши оперативники в лагере были внедрены в состав технических служб. А параллельно мне удалось проследить каналы, по которым американцы попали в Артек. И нам удалось установить, что их доставили в СССР двое американцев — Джина Чери Хаспел и Джон Марвелл. И вот когда я узнал, что Джон Марвелл работает в американском посольстве в Москве, я составил рапорт на ваше имя. И отправил по команде.
— Надо было не рапорт уже писать, Шардин, а ко мне на приём идти. Срочно! — вскипел Бобков.
Шардин снова улыбнулся.
— Так вас нет на месте всё время. А товарищ Семичастный всё время был занят.
Бобков махнул рукой.
— Вечно у тебя отговорки. А вот скажи мне, друг ситный, какого хрена ты наших пионеров пуганул? Они же подумали, что это американцы на них охоту устроили. Что это за инструкцию ты им подбросил? Что это за идиотская записка «1–0. Раунд за нами. Теперь ваш ход»? Какой ход, бля?! Я же на Политбюро о покушении доложил! Ты понимаешь, что ты меня — меня подставил!
Шардин виновато пожал плечами.
— Извините, товарищ генерал, это была моя инициатива. Я хотел проверить, кто у нас в управлении работает на наших потенциальных противников. То есть, раз мы знаем, что англичане втёмную привлекли ЦРУ к операции «Парк», то наверняка их агентура имеется и в Комитете госбезопасности. А перед операцией такого масштаба, как контакт наших попаданцев и американских я не мог рисковать. Вот и дал возможность ознакомится тем сотрудникам, которых я подозревал в двурушничестве, с местоположением ребят. Ведь в управлении о нашем отделе знают, и «пионеров» мы в штат зачислили. И когда ими стали интересоваться, так, аккуратно, я приказал установить наблюдение за всеми, кто этой информацией интересуется и за теми, кто по долгу службы имел доступ к этой информации.