«Да, горя сейчас так много, что захлебнуться в нем может не только слабый. Жаль, что я не пехотинец. В рукопашный бой бы сейчас: лицом к лицу с жестоким врагом», — подумал Николай Николаевич.
Он посмотрел на Андрея. Тот тоже, по-видимому, погрузился в тяжелые думы.
По широкой лестнице Киреев и Родченко поднялись на второй этаж и прошли в приемную командира дивизии.
Адъютант комдива, молоденький лейтенант, читал газету. Увидев полковника Киреева и военинженера второго ранга Родченко, он быстро вскочил и вытянулся.
— Генерал у себя, ждет вас. Сейчас доложу!
— Ваш «К-1» мне нравится, хороший подарок фронту, — сказал командир дивизии генерал-майор авиации Александр Евгеньевич Головин, жестом приглашая Киреева и Родченко садиться.
В кабинете комдива было сумрачно и прохладно. Даже не верилось, что за окном солнце и жара.
Головин говорил медленно, отрывистыми фразами, по-военному чеканя слова:
— Вчера я получил согласие Комитета Обороны, нам в ближайшее время дают еще пятнадцать самолетов «К-1». Прежде чем они придут в часть, я прошу вас натренировать пять-шесть летчиков в полетах на «К-1».
— Послезавтра приступлю к тренировке, — отвергал Николай Николаевич.
— Для предстоящего испытания самолета в боевых условиях экипаж подобран? — спросил генерал.
— Есть второй пилот, штурман, радист и авиатехник. Они много раз летали со мной, и я им, безусловно, доверяю. Мне нужен второй авиатехник и пять стрелков.
— Хорошо, подберем надежных людей, — пообещал комдив.
— Инженер летит с вами? — спросил он, кивнув головой в сторону Родченко.
— Ему не разрешают.
— А как же вам удалось получить разрешение? Знаю, нелегкое это дело.
— Я ведь больше летчик, чем конструктор, — улыбнулся Киреев.
— Седой вы уже, Николай Николаевич, вам пора в кабинете работать, а вы все рветесь в бой, — тепло сказал генерал. — Ну, что ж, товарищ летчик, — подчеркнул он, — желаю успеха!
— Андрей, давай пообедаем в штабной столовой и поедем прямо в Наркомат, — предложил Киреев, когда они вышли из кабинета Головина.
Столовая для командиров находилась тут же, на втором этаже. Обстановка здесь была совсем непохожа на военную: натертый до блеска пол, белые скатерти, живые цветы в вазах, на стенах картины известных художников. Официантки работали ловко, быстро. Одна из них принесла Кирееву меню.
— У вас есть хорошая окрошка? — спросил ее Андрей.
На его голос повернулась девушка, сидевшая к ним спиной за соседним столом.
— Андрей Павлович!
— Лена! Какими судьбами? — Родченко встал и подошел к ней.
— Работаю в штабе чертежницей.
— А Костя?
— Костя летает вторым пилотом на корабле… — Она назвала фамилию известного летчика.
— Костя здесь? Вот хорошо! Я его с начала войны потерял. Где он сейчас?
— С утра уехал на аэродром. Вечером, наверно, вернется. Приходите к нам. Мы живем недалеко от штаба.
— Сегодня не смогу. После обеда возвращаемся в город. Завтра я здесь снова буду, непременно приду. Очень хочу видеть Костю.
Лена рассказала Родченко, как разыскать ее в штабе, и обещала выяснить у мужа, когда он будет дома.
Густые, гладко причесанные волосы Лены, ее высокий лоб, открытое разрумянившееся лицо — все дышало какой-то особенной простотой и свежестью.
«Симпатичная девушка», — подумал Николай Николаевич.
Попрощавшись с Леной, Андрей вернулся на свое место.
— Одобряю выбор, — лукаво прищурился Киреев. — Что же ты скрывал от меня до сих пор?
Андрей недоумевающе пожал плечами.
— Скоро свадьба? — спросил Николай Николаевич.
Тоскливое выражение застыло в глазах Родченко, когда он веселым тоном ответил:
— Вы сватаете за меня жену капитана Мартьянова? Да Костя Мартьянов нас в порошок сотрет. Он же чемпион по боксу. Не советую рисковать.
— Жаль, жаль… Эх, и шляпа же ты! Не мог опередить этого боксера.
Николай Николаевич тоже шутил, но он понял: Андрей скрывает что-то тяжелое в своей личной жизни.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Рано утром Родченко поехал в дивизию готовить «К-1» к тренировочному полету. Поехал один. Николай Николаевич остался в Москве. У него были срочные дела на заводе, и он договорился с Андреем встретиться завтра в штабе дивизии.
Было так же ясно и солнечно, как и накануне.
Проходившая мимо здания штаба молоденькая девушка задержалась около клумбы, любуясь равно-цветными гладиолусами. Заметив Андрея, она смутилась и быстро пошла дальше.