Они подошли к первому попавшемуся лотку со сластями и Кирэро купил для Гендзин обещанную палочку с яблоками, запеченными в меду взамен утерянных засахаренных слив. Но видимо в этот день Любе не суждено было попробовать здешних лакомств, потому что их арестовали тут же у лотка, как зачинщиков драки. На ярмарочной площади появился отряд из пяти полицейских в кителях, фуражках, белых перчатках и с дубинками под началом свистящего в свисток офицера. Они окружили Кирэро и ничего не понимающую Гендзин. Но прежде чем отвести их в участок, офицер спросил Кирэро:
- Это ваша женщина?
Кирэро кивнул.
Собственно, офицер должен был взять зачинщика драки, а не его женщину, но она оказалась эбису, и следовало выяснить, почему она свободно разгуливает по городу в обществе бродячего ронина. Необходимо было выяснить ее личность и вообще спросить документы, если таковые у нее имелись. Но главное, чего офицер опасался, что парень мог заартачиться, разведи он их и отправь женщину к самураю, чьи люди доложили в полицию о драке. Бродяга мог отказаться пойти без нее и оказать сопротивление, свидетели говорили, что он каким-то невероятно точным ударом вышиб дух из бывалого мастера меча. Кто-то даже что бродяга, мол, вообще не дотрагивался до противника. Приняв решение, офицер сказал спокойно взирающему на него Кирэро:
- Поскольку драка произошла из-за нее, она проследует в участок вместе с нами. Она понимает, что мы говорим?
Кирэро пожал плечами.
- Просто ведите меня, она пойдет за нами.
И офицер под конвоем полицейских повел арестованного в участок, время от времени оглядываясь на чужеземку, неотступно следующую за ними.
Их привели в местный полицейский околоток, Кирэро втолкнули за решетку к остальным задержанным, Гендзин осталась снаружи, во дворе. Что с ней могло случиться на территории полицейского участка? Худшее, что могло произойти, так это то, что ее отправят к отцу в Хоккеро. Но Люба уже решила, что ни за что не скажет о Реппо и вакцине, а что-нибудь соврет. Но даже если случиться, что ее отправят в Хоккеро, так ведь не одну же. Она попросит полицейских сопровождать ее. Отец поможет ей встретиться с Делажье, а потом найти Кирэро, чтобы отблагодарить его должным образом. А если все так ладно складывается, от чего же так тревожно?
В свою очередь Кирэро тоже мог быть спокоен за Гендзин. Он видел ее через решетку своего узилища, сидящей у каменной ограды тюремного двора. В этот солнечный жаркий день двери тюрьмы были открыты нараспашку и сидящие за решеткой могли наслаждаться свежим ветерком, разбавляющим тюремную вонь и слышать птичье щебетание. Кирэро не переживал, что оказался за решеткой, с ним случались вещи и похуже, и в последнюю очередь можно было беспокоиться за Гендзин. Напротив, сложившаяся ситуация могла ответь на его вопросы.
Не зная русского и толком не владея французским, он не мог выведать у нее хоть что-то о вакцине: имела ли она ее при себе, или он попусту теряет время, провожая ее в Реппо и нужно искать вакцину в другом месте? Сейчас Гендзин могла ответить на это своими дальнейшими действиями. Если она не захочет оставить его, то вакцина у нее. Если же спокойно отнесется к тому, что ее личность раскроют и примет помощь полиции, значит, она, лишь спасалась, уходя за ним из Саппоро. В этом случае он спокойно препоручит ее здешним властям, и вернется к началу своих поисков. Если что, он всегда знает, где ее искать. Но прежде чем отправляться в Саппоро, он найдет Делажье, имя которого Гендзин произнесла у реки, когда они бежали из Саппоро. Судя по тому, как она рвется в Реппо, он именно там. Как бы ни сложилось с Гендзин, все к лучшему, тогда, от чего ему так беспокойно?
А Люба, сидя у ограды полицейского участка, склонив голову так, чтобы поля соломенной касы скрывали ее лицо, приготовилась ждать до тех пор, пока Кирэро не выпустят, надеясь, что его не продержат долго. Стычку с самураем и дракой-то назвать было нельзя. Имелась куча свидетелей, что зачинщиком драки был самурай и ведь Кирэро никак не навредил ему, не покалечил, лишь ткнул палкой. Все же, должно быть, продержат его здесь дольше обычного, за то, что посмел перечить самураю, непочтительно обойдясь с ним. Ну и сколько его будут держать в таком случае? Два дня? Три? Она подождет, если ей позволят. Она уйдет вместе с Кирэро, потому что не может довериться больше никому. И не важно, что защищает Кирэро: вакцину или ее, пока что цель у них одна и необходимо выбраться из полицейского участка без последствий. Как ей без него?