- Ты похожа на потаскуху.
Люба улыбнулась и, взяв его запястье, послушала пульс. К ним опять подошел владелец ресторана, уже не считавший нужным скрывать своего недовольства тем, что Кирэро отвлекает Любу от работы. Он и так был достаточно покладист с этим оборванцем во избежание ненужного скандала. Теперь же был просто уверен, что смазливый парень ее любовник, и Гендзин содержит его.
- Что с ним? – спросил он у Любы. – Молодой господин, нездоров?
- Он не спал всю ночь… - поспешила объяснить Люба, не уверенно подбирая слова.
«Быстро нашлась», - похвалил ее про себя Кирэро. Владелец ресторана криво усмехнулся. Слова Гендзин подтверждали его догадку, что парень не оставит свою любовницу. Не похоже, чтобы нищий ронин был так уж падок на деньги, хоть и позволял себе жить за счет любовницы, но делиться ею, ни с кем не собирался. В свою очередь Кирэро тоже уловил перемену в настроение ресторатора, потому его не удивило, что их встретили на выходе в конце дня, после того как Гендзин отработала оговоренное время. Как только стихли звуки пианино, Кирэро открыл глаза и пошел за Любой до раздевалки-гримерки, дождавшись у дверей, когда она вышла к нему одетая в кимоно. Они беспрепятственно вышли из ресторана, но… ресторатор тоже переоделся, став уже не респектабельным владельцем европейского заведения, а одетым в темное хаори головорезом. Он вышел вперед своих людей, что стояли, загораживая Кирэро и Любе дорогу в гостиницу.
- Я не стал затевать склоку в своем заведении, нищий наглец, и согласился со всеми твоими требованиями, но сейчас ты уйдешь, оставив эту женщину мне. Она не для тебя, сосунок. Я ведь всячески пытался донести до тебя эту мысль, но ты не захотел услышать меня. Сейчас, я разъясню тебе все очень доходчиво. Госпожа Рюба, теперь я буду заботиться о вас, а ты убирайся, пока цел.
- Вы поступаете опрометчиво! - шагнула вперед Люба. – К тому же я не хочу уходить от него…
- А кто тебя спрашивает, - грубо оборвал ее владелец ресторана.
- Но я не вещь, что бы распоряжаться мною без моего ведома. Думайте что хотите, но я ухожу с ним. Дайте нам пройти и не препятствуйте боле.
- Не смей открывать рот, когда разговаривают мужчины, - рявкнул на нее владелец ресторана и иронично заметил Кирэро: - Ты даже не смог обучить ее манерам…
- Ох, ну уж извините, - уперла руки в бока Люба, видя, что Кирэро держится на честном слове, да из одного лишь чистого упрямства.
Ей нужно было быстренько увести его отсюда и осмотреть рану.
- Посмотри на него, - расхохотался владелец ресторана. – Как он защитит тебя, он же едва на ногах держится. Хочешь, чтобы мы унизили его у тебя на глазах, отогнав палками и пинками, что бродячую шавку? Что ж, так и быть.
Люба открыла было рот, чтобы раскричаться на весь этот паршивый городишко, когда Кирэро, положив ей руку на плечо, отодвинул в сторону.
- Отойди, - велел он, сказав нечто непонятное: - Когда-то так же всерьез не приняли Белых Тигров.
Его заметно пошатывало.
- Разберитесь с ним, - кивнул на него своим молодчикам самоуверенный ресторатор и повернулся, чтобы уйти: - И не возитесь долго, он слаб как щенок. А гендзин приволоките ко мне за волосы.
- Прошу поаккуратней, - в свою очередь, напутствовала Люба вслед идущего навстречу нападавшим Кирэро.
Ускоряя шаг, чтобы сблизиться с противником, он перешел на бег. Это немного смутило провинциальных вояк, уверенных, что в этом случае бежать нужно от них, а не на них. В этот раз Кирэро был не в том состоянии, чтобы выяснять степень боевого мастерства противника, потому что предстояла грубая уличная драка, а не поединок равных. Ворвавшись в ряды наемников, что ринулись на него всей кучей, он вдруг упал не колени, лупя палкой направо и налево по ногам и ступням нападавших, мгновенно выводя их из строя. То тут, то там, начала взлетать над головами дерущихся его палка. Он стремительно передвигался среди окруживших его вояк то, припадая на колено, ловко уклоняясь от ударов, то сдерживая их, часто работая кулаком, что было намного понятнее Любе.
Каждый раз Масленица на льду Москвы-реки заканчивалась кулачным боем. Драки стенка на стенку происходили с размахом и ухарской удалью. А это что? Навалились всей шакальей стаей, не ведая, что перед ними волк, пусть даже израненный. Один из наемников ресторатора, в пылу драки, кажется, вспомнил, что их цель все-таки гендзин и, оставив своих товарищей разбираться с Кирэро, бросился к ней. Но Люба уже давно решила, что не позволит больше взять себя в плен. Кирэро тоже был спокоен на этот счет, даже взяв как-то урок у Любы. Во время одной из стычек, когда Кирэро решили поучить уму разуму трое взрослых мужичков, один из них плюгавенький и жалкий в своей агрессии, неожиданно бросился к Гендзин. Только Люба с досадливым: «Вот ведь таракан!», отвесила вороватому мужичку, что точно шавка, спешил утащить кость, когда двое сильных дрались, затрещину. Сама не ожидая, что ее удар достигнет цели, недоверчиво смотря на это растрепанное кривоногое пугало, из породы тех кто любил храбриться перед слабыми.