Люба сглотнула тошноту, подкатившую к горлу, у нее дрожали губы от пережитого ужаса, что она могла выстрелить в Кирэро.
- Потому и спрашиваю, какую цель ты преследуешь? – проговорила она пересохшим ртом.
- Ту же, что и ты, - улыбнулся Кирэро, глядя на нее исподлобья, продолжая прижиматься лбом к дулу пистолета. – До сих пор не поняла?
Она не удивилась и даже не испугалась, когда ее рука была стремительно перехвачена, отведена в сторону, пальцы разжаты, а пистолет с глухим стуком упал на ковер. Сама она подхвачена под колени и повалена на кровать, где ее заключили в объятия, такие крепкие, что она не могла ни шевельнуться, ни вздохнуть.
- Что ты делаешь? – сдавленно зашептала она. – Ты меня пугаешь…
- Правда? – чуть отстранился он. - Напугана ли ты так же, как был напуган я, когда потерял тебя здесь в Хоккеро?
Вздохнув, Люба смирилась и уткнулась ему в грудь, когда он прижал ее к себе. С тех пор как он потерял и вновь обрел ее, многое изменилось между ними. Оба поняли, что значат друг для друга без всяких объяснений и признаний.
- Просто я испугалась тебя. Поняла, что беспечно доверилась хитокари.
- Позабудь об этом, - глухо попросил он, зарывшись лицом в ее волосы.
Теперь, когда он просто обнимал ее, не стискивая, она, расслабившись в его руках, устав от всех треволнений дня, кажется, задремала, почувствовав себя с ним, как и прежде, в полной безопасности.
- Ты успокоилась? – шепнул он, заставив ее стряхнуть дремоту.
- Да… прости… - вздохнула она, потеревшись щекой о его плечо.
- Мне пора, - нехотя поднялся Кирэро, сев на постели.
- Кирэро, - позвала она. – Я знаю, что ты надежен.
Обернувшись к ней, он какое-то время смотрел на Любу, а потом лег рядом и, подперев голову ладонью, проговорил:
- Не обольщайся. Если бы дело, как и прежде, касалось нас двоих, ты бы уже сейчас стала моей. Но я не могу предать доверие Прохор-сан.
- А при нашем бегстве из Саппоро, я была омерзительна тебе? – не удержалась от кокетства Люба, повернувшись на спину.
Он тяжело смотрел на нее. Расхрабрилась, поняв, что неприкосновенна. Решила испытать его терпение?
- Нет, не омерзительна… но я дал себе слово, что не прикоснусь к иноземке. Так что спи спокойно.
Тут она встретила его взгляд, нестерпимый, зовущий. Люба резко села, жарко покраснев. Что она делает? Зачем мучить его еще больше?
- А ты? – спросила она невпопад, чтобы хоть что-то сказать.
- А я буду за дверью, все равно мне не уснуть.
Едзимбо
Телохранитель.
Глава 12. Едзимбо
Парковая дорожка доходила до кованой решетки ограды, чтобы потом повернуть и вдоль нее тянуться дальше до будки часового у ворот.
- Мы поменялись местами, да? – прогуливаясь по ней, негромко проговорила Люба, держа над собой летний зонтик. – Теперь вы идете позади.
- Меня это не волнует, - ответил Кирэро, следуя чуть позади.
Кружевная тень зонтика прикрыла легкую улыбку Любы.
- Сегодня я впервые вышла на прогулку с тех пор, как вернулась к отцу. Все это время сидела взаперти, чтобы не добрались ни до меня, ни до вакцины.
- Прохор-сан думает, это от того, что я казнил на твоих глазах бандита, - заметил Кирэро, наблюдая за прохожими, по ту сторону ограды, спешащих по своим делам.
Большинство, погруженные в свои повседневные заботы, не обращали внимания на прогуливающуюся гендзин. С интересом разглядывали ее кружевной зонтик и шляпку с пышной розой только те, кто сам прогуливался с неторопливой праздностью.
- Ну… я была потрясена ею, - честно призналась Люба. – Думала, что дело в моей впечатлительности, но я, поверьте, видела немало смертей, правда, казни никогда. Просто я очень не хотела, чтобы вы стали палачом.
- Он должен был умереть, - твердо произнес Кирэро.
Мимо ограды семенящим шагом прошли две гейши с набеленными лицами и яркими кимоно, кивая словам друг друга.
- Ну да бог с этим… - вздохнула Люба по-русски, останавливаясь и подняв лицо с удовольствием щурилась на солнце.
В какой-то момент Кирэро перестал вслушиваться в ее слова, заставляя себя отвести взгляд от гладкого плеча гендзин и упавшего на него русого локона, выбивавшегося из-под шляпки.