Люба едва поспевала за неутомимым широким шагом Алеши, придерживая подол бального платья, уже не заботясь о сохранности атласных туфелек. Наконец, поручик остановился, оглядываясь, что бы понять, куда они забрели. Главное, что они ушли от погони и теперь Алеша беспокоился: сможет ли Люба выдержать, хотя бы десятиминутное кружение по улицам. Может становить пролетку?
Но в такой поздний час им вряд ли встретится даже припозднившийся рикша. А Люба все никак не могла отдышаться, прижимая ладонь к груди, прерывисто заглатывая воздух, но не жаловалась. Поручик крепко стиснул ее пальцы и быстро повел за собой по темной безлюдной улицы, то и дело, поглядывая на дома. Люба как будто отдышалась, но ее неровная запинающаяся походка выдавала, насколько она вымотана.
На них напали на улочке где не горел ни один фонарь, когда Алеша, замедлив шаг, пытался разглядеть таблички с номерами домов, но кроме висящих над входом заведений коротких полотен разрисованных иероглифами, никаких табличек не было и в помине.
- До порта осталось немного. Это те заведения о которых говорил Кирэро. Мы почти пришли, потерпи немного, - подбодрил он Любу, с ужасом понимая, что окончательно заблудился.
- Конечно, - прошептала Люба, едва стоявшая на ногах.
В переулок завернул припозднившийся прохожий, направлявшийся в их сторону. Алеша насторожился. Слишком уж решительно и быстро шел он к ним. И Алеша, сжав Любину руку, развернувшись, быстро пошел в обратную сторону, туда откуда они только что пришли. У Любы словно открылось второе дыхание. Она, молча и собрано следовала за ним. Но и там им уже перекрыли путь, вышедшие навстречу несколько человек. Русские оказались в ловушке. Не сбавляя шаг, Алеша выхватил пистолет и точным выстрелом уложил одного из тех, кто шел прямо на них. Быстро развернувшись, выстрелил во второго, что настигал сзади, все время удерживая Любу за спиной.
- Идем! - схватив за руку, увлек он ее за собой.
Навстречу им вывернул полицейский патруль.
- Кто стрелял?! - выкрикнул офицер и, увидев пистолет в руках чужеземца в белой рубашке, истерично скомандовал: - Бросьте пистолет и поднимите руки! Вы арестованы!
Говорил он так, будто не замечал неизвестных в темных одеждах. Оглянувшись, Алеша и Люба переглянулись. Улочка была безлюдна.
- Послушайте, - бросая на землю пистолет, попытался объясниться Алеша. - Я сдаюсь. Дама ни при чем, ее отпустите. Готов сдаться сию минуту, - протянул он руки к подошедшему полицейскому и принялся сумбурно обяснять. - Эти подонки хотели ограбить ее. Я вмешался и она... она торопиться... Доставьте ее в порт, офицер, вы более надежная защита.
- Конечно, - с любезной улыбкой сказал полицейский, защелкивая наручники на запястьях Алеши. - Но сделаем так, как скажу я. Возьмите ее...
К Любе тут же подбежали двое полицейских, схватив за руки с двух сторон.
- Что?! - взревел медведем Алексей Григорьевич. - Подлец! Каналья узкоглазая! Куражиться вздумал?! Над кем?! Над русским офицером?! Не позволю!!!
- Руссиадзин, - презрительно усмехнулся офицер, потуже натягивая лайковую перчатку. - Вы наивны. Я преступникам никаких обещаний не даю. Арестованную в пролетку, а с этим разберитесь здесь, - махнув на Алешу, небрежно распорядился он, ухватив Любу за локоть.
- Да, - остановился он, кинув ключи одному из полицейских. - После не забудьте снять с него наручники. Сделайте так, чтобы все списалось на ограбление. Мадемуазель, пройдемте со мной.
Только вот Люба, не собиралась идти с человеком так подло и хладнокровно приговорившего Алешу к бесславной смерти. Она, полоснула офицера ногтями по глазам. В то же самое время Алексей Григорьевич на грозном выдохе: «Врешь, не возьмешь!» Нанес сжатыми в кулак скованными руками сокрушительный удар по голове одному из двух полицейский, отбросив ногой второго.
- Беги! - крикнул он ей.
Но оба уже видели, как ожили тени в углах домов и те, кто раньше перекрыл им путь из проулка, ринулись к месту схватки. Люди в темных одеждах с лицами, закутанные темными платками, окружили их. На глазах русских, сникших полицейских безжалостно перебили, споро работая клинками. А вот русского убить было не просто. Алеша пусть и скованными руками, завладев саблей одного из убитых стражей порядка, умело и яростно отбивался, прикрывая собой перепуганную Любу. Он был уверен, что шанса спастись у него нет, пока в конце темной улицы не появилось еще один человек, с ходу врубившись в задние ряды, не замечавших его Теней. Но не замечали, неизвестно откуда взявшегося союзника русских, от силы минуту другую, пока вновь объявившийся не «намотал» всю схватку на себя.