Эсминцы «О'Брайен» и «Уальк» продолжали сбрасывать глубинные бомбы на врага, которого даже не было поблизости. Крейсер «Винсеннес» обстрелял последних выживших пилотов 33-й эскадрильи, пока не был поражен двумя смертоносными ракетами «Санберн». Одна из них шла на предельно малой высоте, снова поразив броневой пояс в самой толстой его части. Однако на этот раз это были всего 127 миллиметров стали, меньше, чем у британского линейного крейсера «Рипалс», который при этом получил повреждения. Боевая часть проникла гораздо глубже, и урон был гораздо более серьезным, учитывая, что этот корабль имел от силы треть от водоизмещения «Рипалса».
Вторая ракета была одной из перепрограммированных Самсоновым для исключения ухода на малую высоту. Она просто спикировала на корабль на скорости, второе превышающей звуковую. Она ударила в носовую часть палубы, распотрошив внутренности корабля, два артиллерийских погреба и для верности вызвав пробоину в днище корпуса. Из 708 членов экипажа погибли 568. Если «Уосп» начал медленно оседать и уходить под воду, то «Винсеннес» превратился в груду пылающих обломков.
Два эсминца прекратили противолодочные действия и отчаянно пытались спасти столько выживших, сколько могли. Экипажи с опаской поглядывали на горизонт. «Уальк» сбросил сети и веревки и спустил все шлюпки, имевшиеся на борту, но ему не повезло превратиться в пытающую раскаленную сковороду в течение нескольких минут. Последняя ракета «Москит-2», идущая на предельно малой высоте нацелилась на эсминец, задержавшийся у пораженного крейсера, и легко разорвала маленький небронированный корабль, вызвав детонацию одного из четырехтрубных торпедных аппаратов, буквально разломав его пополам. Он затонул в течение нескольких минут со 163 членами экипажа из 192 и всеми, кого они успели спасти.
Увидев это, капитан последнего эсминца «О'Брайен» быстро отвел свой корабль на пораженный «Уосп», используя его в качестве прикрытия, пока его люди пытались спасти столько выживших, сколько могли. Ему повезло. Карпов, довольный уничтожением цели, решил дать только один залп шестью ракетами «Москит-2», полностью уничтожив 1-ю оперативную группу. Число погибших возросло до 1 882, еще 460 человек получили ранения. Это было почти столько же, сколько пострадает при нападении японцев на Перл-Харбор, которое должно было случиться через четыре месяца. Теперь 5 августа 1941 года стало днем, когда случилась крупнейшая в истории военно-морского флота США катастрофа в мирное время. Этот день стал новым «днем позора», когда президент узнал ужасные подробности неожиданного нападения тремя часами спустя.
После позднего обеда на борту тяжелого крейсера «Августа» президент Франклин Делано Рузвельт отдыхал на кровати в своей каюте, предаваясь своему увлечению – рассматривая несколько новых марок через лупу и думая, какие добавить в свою коллекцию по возвращению домой. На одной из них был изображен немецкий дирижабль «Граф Цеппелин», названный в честь графа Фердинанда фон Цеппелина, разработчика водородных дирижаблей, вылетевший 8 декабря 1934 из Фридрихсхафена в Германии в Ресифе в Бразилии. Приближалось Рождество, на борту дирижабля находились 19 пассажиров, груз свежесрезанных елок и связки открыток и другой праздничной почты. Рузвельт рассматривал одну такую марку, из Люфтпорта, Пар Авион, отмечая примечательный зеленый штамп в виде дирижабля, наложенного на рождественскую елку, когда раздался стук в дверь.
Скотчтерьер президента Фала немедленно залаял в ответ, и телохранитель Марк Райли поднялся и подошел к двери. Сын президента, Франклин-младший, обернулся через плечо, заметив силуэты троих человек, и услышал характерный голос Джорджа К. Маршалла, что-то говорящего телохранителю. Дверь распахнулась, и Маршалл вошел в каюту в сопровождении адмиралов Старка и Кинга, лица которых были серьезны и решительны. Маршалл заговорил первым, беря с места в карьер.
— Господин президент, — сказал он. — Нас атаковали.