Тут главное чтобы Люцию не пришло в голову в неё втрескаться. А это вполне может случиться, если Стефан своими высказываниями наведёт мужчину на эту мысль.
Пока он так думал, граф разобрался со стражниками, уговорил их пропустить его в темницу под тем предлогом, что его там должны ждать. Тут Фернан вышел из тени и с уверенным видом двинулся вслед за Стефаном. Его никто не стал останавливать. Все в замке привыкли, что он имеет право идти куда вздумается.
А Стефан так разогнался, что чуть не сбил с ног выходившую Алекс. Влетел в зал, куда выходили решётки камер, и задал вопрос в пространство:
- Кто здесь имеет ко мне какие-то претензии?
Фернан приблизился ко входу, откуда ему должно было быть хорошо видно и слышно, а Александра развернулась и тоже встала в дверном проёме. Заметила мага, кивнула ему, но ничего не сказала: не хотела пропустить хоть слова из разворачивавшейся перед ними сцены.
Люций, увидев графа, демонстративно сел на пол, скрестил ноги и ответил тоже в никуда:
- О каких претензиях речь? Я просто собираюсь оторвать тебе голову, сволочь.
Граф обиженно сложил губы дудочкой, затем фыркнул и сказал:
- Какое глупое желание. Голова — самое ценное, что у меня есть, потому что там я держу свой ум. Но поверь, если ты её оторвёшь, ума у тебя от этого не прибавится. Открою тайну: даже если ты её съешь, тебе это не поможет.
Фернан видел, что спокойствие, с которым Люций встретил выпад врага, далось ему непросто. Не так он был туп, чтобы не понять: его в лицо обозвали дураком. Враг над ним насмехался. Но настоящий воин должен уметь сохранить лицо. Поэтому Ветер не стал отвечать на выпад графа. Произнёс с презрением:
- Я получил приказ от своего императора, который ещё недавно был и твоим. Когда встречу Стефана Эстеллиса графа Арундельского, бывшего канцлера империи, а ныне преступника и изгоя, я должен его казнить. Мы уже встретились, а это значит, что твои замечательные мозги скоро станут пищей для червей. Может, они от этого поумнеют.
Стефан удивлённо воскликнул:
- И тебя не смущает то, что сейчас ты за решёткой, а я на воле?
Люций лениво прищурился, сморщил нос и сказал:
- Всё в этой жизни имеет свойство меняться. Сегодня ты с этой стороны решётки, но завтра вполне можешь оказаться с той. С правильной.
- И когда же, по-твоему, это произойдёт? - с насмешкой спросил граф.
Тут Люций поднялся в полный рост и стало видно, насколько он моложе, красивее и значительнее Стефана. Ещё и ростом выше, и в плечах шире. На фоне этого пленника великолепный граф Эстеллис выглядел потёртым, побитым молью и хорошо, что не откровенно жалким.
- Ты же предатель, - спокойно сказал Люций Ветер, - а предатели предают. Ты предал своего императора, ладно. Но как только ты поймёшь, что от здешней дамочки не получишь того, на что рассчитывал, предашь снова. Уже её. А она только на вид добренькая. Ведьмы не прощают, это во всех книгах написано, - он бросил быстрый взгляд на Александру и добавил уверенно, - И тогда настанет моё время. Ты расплатишься за всё.
- За что — за всё? За то, что у тебя карьера не задалась? - нагло произнёс граф, - Ну, в этом только ты виноват. Был бы поумнее, сейчас командовал бы полком в империи, а не томился в застенках Кирвалисской королевы.
Глаза Люция загорелись лютой злобой.
- Моя карьера тут ни при чём, - всё так же спокойно проговорил он, - а вот за мою сестру и за мою невесту ты ответишь. Кровью умоешься.
Алекс вдруг обернулась к Фернану:
- Какая сестра, какая невеста? О чём он вообще говорит?
Маг пожал плечами.
Он подозревал, за что вышедший из низов офицер может ненавидеть графа Эстеллиса. Стефан никогда не насиловал и не принуждал женщин, они сами падали в его объятья чуть не гроздьями. Среди светских дам он всегда выбирал замужних или вдов, избегая как девиц огня. Еще поднимут скандал, а эму это ни к чему. А вот среди мещанок он таких различий не делал. Покинутых любовниц всегда хорошо вознаграждал деньгами, не особо интересуясь, что они потеряли, отдавшись знатному господину. Конечно, он их не принуждал напрямую, но какая мещанка, а тем более крестьянка решится отказать графу?
Излагать всё это Александре не имело смысла. Зачем? Сейчас Люций сам прояснит свою позицию.
Граф Эстеллис развёл руками.
- Ну извини. Не представляю себе, что дурного я мог сделать твоей сестре, а тем более невесте. Я о них понятия не имею. Даже не знаю, как их зовут.
Лучше бы он этого не говорил. Простолюдин в Люции просто вскипел.
- Ах, ты даже не знаешь, как их зовут. Тебе наплевать, что моя сестра утопилась, когда ты уехал и оставил ей кошелёк, как шлюхе. Она была честной девушкой, готовилась идти замуж. Но ты походя растоптал её жизнь.