- Почему вы выбрали именно этот тип портала? - уже от себя заинтересовался Пауль.
- Из соображений безопасности, - отрезал Фернан, - никто посторонний не должен был иметь возможность им воспользоваться.
- Вы сможете расширить его функции и перенастроить на меня, например?
- Расширить — нет, перенастроить — да, - сказал маг резче, чем следовало.
Он вдруг понял, что это его единственный шанс. Пеларос в порталах ни уха ни рыла, он даже не поймёт, что делает Фернан. А он уйдёт и проход за собой запечатает.
Секретарь сложил бумаги и поднялся.
Архимагу пришлось повторить его действия. Фернан снова остался один. Неужели его раскусили? Если да, то Пеларос не вернётся. Лучше плюнуть на бесполезный портал, чем рисковать.
И что дальше? Императору он не нужен, у него теперь другой маг, более забавный. Вдруг он тут так и помрёт, забытый всеми. Говорят, такие случаи бывали. В антимагической камере срок его жизни не будет долгим. Рассчитывать же на то, что Александра предпримет какие-то шаги для его спасения, наивно. Да и что она может? У неё самой трудности похлеще, чем у него.
Пеларос появился, когда Фернан устал болтаться на грани отчаяния и уже засыпал. Пришёл под широким плащом, принёс мешок с едой и пару бутылок ягодного морса. Извинился, что не вина. Потом сказал:
- Я сам удивился, когда император послал с допросом не специалиста, а меня. В процессе понял: специалист там был, этот секретарь. В общем, Сильвестр на тебя не особо гневается. Считает, что ты жертва канцлера, обзывает легковерным дураком. Твоя так называемая невеста прислала письмо, хочет знать, что с тобой случилось, почему ты не вернулся, как обещал. Ещё она прислала это. Вот, посмотри.
Маг просунул в камеру листок бумаги, сияющий магией. Ага, печать целителя. Фернан прочёл и обалдел. Знакомым почерком Терезы там было написано, что Стефан прибыл в замок больным, его била лихорадка, он бредил, молол ерунду, только что не бросался на людей и теперь то ли жив, то ли нет. По крайней мере его физическое состояние не позволяет ему встать с постели, а умственное привело к тому, что его пришлось надёжно запереть и приставить стражу.
Он готов уже был сказать, что так не бывает, но вдруг сообразил что к чему и произнёс вслух другое. Спросил:
- А не было ли в последнее время поведение господина канцлера странным?
Пеларос вытаращил глаза.
- Говорят, что было, даже очень. Он вёл себя не как обычно. А что?
- Хотейская лихорадка, - выдохнул Фернан, - очень на то похоже. Редкое в наших краях заболевание, но портовым целителям хорошо известное. Я видел одного больного ещё в Элидиане. У меня там друг целителем в порту служил, он мне и показал. Парень приплыл из Хотея, его на корабле блоха покусала. Это так и передаётся: через кровь. Похожие симптомы: две декады он не выглядел больным, но вёл себя странно, говорил всякие глупости. А потом внезапно страшный жар, бред, лихорадка…
Он замолчал.
Заинтригованный Пауль спросил:
- И что? Он умер.
Фернан вздохнул.
- Нет, выжил. Но лучше бы умер. Мозги у парня спеклись, он стал как овощ. Очень жалко: до этого он служил на кораблях штурманом, считался одним из лучших. Если с графом Стефаном то же самое…
Он снова вздохнул.
- Тебе его жалко? - удивился Пеларос.
- Жалко, - подтвердил Фернан, - я много лет считал его своим другом. Конечно, кто он и кто я… Но я многим ему обязан, а неблагодарным я не был и никогда не буду.
Кажется, его выдумка сработала. Пеларос поверил. Да и как не поверить? Название такое… классическое, симптомы совпадают. Архимаг типа Пауля никогда не скажет, что он чего-то не знает. Как же, он же такое светило! Поэтому легко подтвердит выдумку Фернана, то есть Терезы. Это хорошо, что она названия не сочинила, тем больше доверия вызовут его слова. Местный целитель не знал потому что не сталкивался, а жизненный опыт Фернана позволил ему подтвердить диагноз и даже его уточнить.
- Знаешь, - сказал Пауль, - в таком случае не стоит настаивать на возвращении графа живым или мёртвым. Не хватало ещё способствовать распространению тяжёлой инфекции. Но посмотреть на него надо. Я попробую уговорить его величество, чтобы он дал указание сходить в этот твой Кирвалис.