Разглядывая девушку, он совсем не заметил, как исчез Ракута, оставив лишь пустой бокал. Когда официант унес его и подлил Риссе шампанского, Ника жестом попросил друга пересесть. Дуки быстро поднялся и, обойдя столик, плюхнулся рядом.
-Куда делся Ракута? –Дуки скосил глаза на девичье плечо под пальцами друга и, на секунду зависнув, ответил.
-Пошел к выступлению готовиться. Скоро его выход.
-Понятно. –Ника опустошил свой стакан и со звоном поставил его на каменную поверхность стола. Дуки налил ему новую порцию, и достал сигарету.
-Ну, рассказывай. Что ты узнал? –Вервольф выпустил дым и снова уставился на Риссино плечо.
-Почти все убитые, и несколько еще живых были в Чикаго два месяца назад. Цель такого съезда я узнать не сумел, как и выяснить имя организатора. Рурк очень напуган, и несет какой-то бред. Остальные в не лучшем состоянии. Рукхарт как сквозь землю провалился. Ни о его смерти, ни о местонахождении я ничего не слышал. Вот что мы имеем.
-Полагаю, что выяснив цель сбора, мы выйдем на заказчика.
-Дуки, ты меня поражаешь. С чего такая догадливость? –Ника улыбнулся шипению друга и раздраженному бормотанию Риссы. Его рука скользнула по плечу и пальцы обхватили тонкую шею. Девушка напряглась, а Ника, ничуть не смутившись, принялся ласкать тонкие волоски на затылке, от чего нежная кожа покрылась мурашками и Рисса с трудом подавила желание задрожать.
-Это все? –Дуки проигнорировал оскорбление, но все же выдохнул ароматный дым в лицо друга.
-Да, пока все. Позже еще поговорим.
Поспешность завершенного разговора объяснялась неприятным ощущением убийственной слежки. Ника всем телом, всеми человеческими и звериными чувствами ощущал, что за ним наблюдают. И наблюдают с целью убить. Именно его. Иначе объяснить тяжесть этого невидимого взгляда он не мог.
Ника откинулся на спинку и продолжая поглаживать затылок девушки осторожно огляделся. Ничего необычного он не заметил в непроглядно-черном зале. Даже видимые клубы дорогого дыма не колебались и висели в воздухе дурманящим туманом.
Внезапно свет на сцене вспыхнул, и Ника был вынужден посмотреть ее сторону. На сцену медленно выплыл Ракута, одетый в белоснежный смокинг и такую же шляпу. Джаз-бенд заиграл, свет прожекторов сосредоточился на хрупкой фигуре - представление началось.
16 глава 1 часть
Лицо человека, стоявшего на сцене, было скрыто белой шляпой, которую он держал перед собой. Бледные, тонкие пальцы крутили трость с серебристым набалдашником под барабанный бой и возбужденное дыхание зрителей. Светлая фигура ярко освещалась прожекторами, поджаривалась под их светом и таяла под восхищенными взглядами.
Ритм сменился. Трость гулко ударилась о деревянный настил сцены. Человек убрал шляпу от лица и одним быстрым движение одел ее себе на голову. Светлые кудри были зачесаны назад и залиты гелем. Косметики не было видно, возможно, присутствовал лишь сценический грим, который лишь подчеркивал мужественные черты лица маленького человека. Ракута сегодня был в роли мужчины.
Крутанувшись вокруг трости, он снова поднял ее в воздух и перебросил за спину так, что его руки теперь были отведены назад. Присев, он поднялся волной прокатившейся по телу, невероятной и зачаровывавшей. Одним движением Ракута поставил трость перед собой и сделал шаг назад, опираясь на нее. Его тело извивалось, сгибалось, казалось, даже пальцы, сжимающие серебристый набалдашник, участвуют в этом гипнотическом танце. Медленный, эротичный джаз задавал ритм и придавал особую пикантность этим движениям. Теперь он сидел, сжимая бедрами трость и откинувшись назад. Его тело терлось о равнодушный лакированный предмет, но не оставляло равнодушным никого в зале. Ника остро ощущал запах возбуждения, исходивши от десятков людей. Ракута был волшебником. Он мог одним лишь танцем взбудоражить умы и тела мужчин и женщин.
Трость отбила ритм о пол, мужчина извернулся вокруг нее, лег на пол, обвив тонкими ногами свою непрочную опору. Он свернулся вокруг нее и на секунду замер. Музыка стихла, давая зрителям передохнуть. Ника дергано оглянулся, пытаясь обнаружить источник своего беспокойства. Девушка в его руках была полностью очарована представлением и ни на что не обращала внимания. Она даже не заметила, как его пальцы от шеи скользнули по ключице и приблизились к груди. Лишь легкая дрожь выдала реакцию тела на Никины ласки, но не разум. Разум девушки был полностью поглощен зрелищем, что давало Нике возможность и прикасаться к девушке, и без подозрений осматривать помещение. Ароматы пьянили его голову, и он, еще ране возбужденный тонкой девушкой, теперь почти задыхался в жаре общего желания. Дуки покраснел, ощущая тоже самое, что и Ника. Он расстегнул толстовку и нервно дернул ворот футболки, словно ему не хватало воздуха.