Это была просто фантастика. Через тридцать дней после моего приезда в Соединенные Штаты благодаря необыкновенной помощи Дэвида Поттера Конголенд, казалось, обрел пристанище.
В лихорадочной спешке я провел переговоры с маммологами, орнитологами, герпетологами, экологами и другими специалистами в Музее естественной истории. Слетав в Вашингтон, я обсудил вопросы карантина и разрешение на ввоз животных в Министерстве сельского хозяйства, обговорил вопросы здравоохранения и санитарии в Министерстве внутренних дел и выпросил туристические визы сроком на шесть месяцев для африканцев различных племен в Государственном департаменте. Все шло без сучка без задоринки. Вернувшись в Нью-Йорк, я вновь стал обсуждать свой проект с Дэвидом Поттером, доктором Чапином и руководством Музея естественной истории.
Восьмого февраля, слегка сомневаясь в том, что все складывается удачно, я написал Томасу Хадсону, председателю Управления по контролю округа Монтерей, с запросом о дальнейшей информации по вопросу размещения Конголенда. Затем я отправился в Калифорнию, где сначала двинулся на таможенный склад в Сан-Педро, куда должна была прибыть из Момбасы на пароходе «Саранган» моя тридцатитонная коллекция африканских артефактов. Через несколько дней газеты Сан-Педро и Лос-Анджелеса напечатали на первых страницах фотографии моего воссоединения с коллекцией и рассказали о моих планах под заголовком «Операция «Ноев ковчег». Но «Монтерей Пенинсула Геральд» отозвалась о Конголенде иначе.
Управление по контролю округа Монтерей не удосужилось ответить на мое письмо, вместо этого, даже не попытавшись вникнуть в суть моего проекта о Конголенде, инспектора решили выступить против. Специальное заседание управления состоялось 21 февраля в Салинасе. Как писала «Монтерей Пенинсула Геральд»:
«Фрэнк Эчеберриа инспекторат Сан-Ардо, где предположительно будет располагаться заповедник, высказал общее мнение управления: «Я считаю, что заповедник должен находиться в Африке. Полагаю, что тут ему не место».
Эчеберриа полагает, что заповедник превратится в другой Диснейленд и что местным жителям эта идея придется не по нраву».
Эти заявления продемонстрировали полное отсутствие в управлении элементарной информации. Создавать новый заповедник в Африке было абсолютно бессмысленно, тем более после того, как уже существующие в Африке заповедники и национальные парки превратились в места развлечений браконьеров. Сравнение с Диснейлендом, конечно, напрашивалось, но оснований для этого не было. В будущем Конголенд превратился бы, разумеется, в громадный аттракцион, куда бы съезжались туристы, но замышлялся он для охраны живой природы и поэтому был одобрен международными авторитетами. Ни полковник Коуи, ни доктор Чапин, ни Главное консульство Бельгии никогда бы не стали поддерживать строительство обычного парка для развлечений, даже очень хорошего.
Инспектор Эчеберриа в дальнейшем предложил издать указ о запрете ввоза африканских животных, и председатель управления Томас Хадсон «направил дело» в Комиссию по планированию округа Монтерей. Комиссия по планированию не стала тратить время на планирование, и члены ее заявили, что могут предложить временный указ, требующий получения специального разрешения. «По-видимому, — комментировала «Монтерей Пенинсула Геральд», — если указ будет принят, разрешение будет отложено».
Газеты округа получили это сообщение по телеграфу, и «Вечерние новости Филадельфии» повторили заявление инспектора Эчеберриа о том, что «жители округа могут и сами одичать. Это не означает, что они против животных. Им не нравятся туристы человеческого рода». «Нью-Йорк Джорнал-Американ» и «Филадельфия инквайер» тем же числом увековечили Конголенд в описании управления Монтерея, как «африканский заповедник, укомплектованный 3000 животными, начиная со слонов и кончая боа-констрикторами».
Шестого марта, прежде чем я успел ответить на этот организованный выпад, Управление по контролю округа Монтерей обрушилось указом № 1178, специально оговорив в пункте 3, что:
«В дальнейшем ни одно лицо, фирма или корпорация не имеет права использовать землю или строить какое-либо здание, сооружение или помещение для целей содержания зоопарка или зоологического сада или для целей размещения, обслуживания, содержания или выставления напоказ любого дикого животного в пределах округа Монтерей, если только и до тех пор, пока не будет получено соответствующее разрешение».