Однако еще остались места обитания животных, которые «не потревожили» охотники и так называемые «спортсмены». Бейсбол, крикет или футбол — прекрасные и здоровые виды спорта, с помощью которых человек может понизить свой агрессивный пыл и дух соперничества. Достаточно всего лишь наблюдать за игрой или участвовать в ней самому. Но почему стрельба в животных, которые не в состоянии ответить тем же, считается видом спорта? Меня всегда возмущала охота или убийство любого существа, если это происходит не ради добывания пищи, не ради сокращения численности дикого скота, который может довести себя до голодной смерти, не ради приобретения видов, необходимых для развития науки, что составляет минимум. Охота допустима и оправданна лишь в том случае, когда требуется поддержать баланс в природе (вернее, то, что от нее осталось). Но уничтожение живых существ просто для «забавы» или коллекционирования трофеев меня поражает. Подобное поведение людей — незрелое и варварское. Неужели человек никогда не повзрослеет?
Халле является одним из самых давних врагов подобных «спортсменов». Я познакомился с ним всего лишь несколько лет назад, но наша встреча оказалась знаменательной. Я могу по пальцам пересчитать (увы!) мужчин и женщин, обладающих познаниями и принципами, присущими Халле. Читая эту книгу, — а вы будете ее читать даже в том случае, если жизнь животных вас не интересует, — вы поймете и оцените умение автора дифференцировать факт и фантазию, касающиеся жизни животных. Когда Халле сталкивается с крадущимся леопардом (общепринятый повод для того, чтобы «спортсмен» мгновенно схватился за ружье), он кричит зычным голосом: «Дедуля, катись отсюда!» — и животное исчезает; когда Халле оказывается на пути бегущего стада африканских буйволов, он застывает на месте, «притворившись новым видом баобаба», — и стадо с грохотом проносится мимо, не причинив ему ни малейшего вреда. Эти два происшествия, да и многие другие, о которых он рассказывает, поразят или, по крайней мере, удивят тех, кто читал много историй охотников об африканских якобы «кошмарных убийцах». К тому же рассказы Халле основаны на прекрасном знании повадок животных и на понимании самого главного: поведение животных абсолютно не соответствует нашим привычным о них представлениям.
Я считаю, что нельзя приступать к каким-либо по настоящему действенным программам по сохранению животного мира, не зная точно, каково поведение его представителей. И тут мы сталкиваемся с особыми проблемами, теми, которые имеют отношение к самой Африке. Первая и основная из этих проблем — это вопрос о населении данного континента. Мало кто понимает, что именно коренные жители являются лучшими защитниками окружающей среды, а не иммигранты, в особенности представители других рас, которые только нарушают существующий баланс в природе (как это произошло в Северной Америке, где когда-то индейцы пребывали в почти идеальном равновесии с местным животным миром). Что касается «колониализма», который бесконечно обсуждается с политической точки зрения, то в действительности он не причинил такого уж вреда дикой природе, как это принято считать. Африканские страны терпимо относились к «спортсменам» и «белым охотникам», так же относятся и ныне, даже помогают им, но следует помнить, что именно при колониальном правлении появились первые перспективные программы по охране окружающей среды в Африке. Трудно сопоставить чью-либо деятельность с работой Американского общества по сохранению бизонов, но бельгийцы в Конго и британцы в восточном горном крае тоже хорошо потрудились в этой области. (Мой отец первым организовал что-то вроде частного охотничьего угодья в Африке. Умер он в 1924 году в результате несчастного случая с носорогами, когда помогал Мартину Джонсону снимать его знаменитый фильм «Симба». Таким образом, в отличие от многих критиканов, порочащих и оплакивающих каждую акцию «белых колониалистов», я кое-что знаю о том, как было на самом деле.)
Бичом и страшной мукой Африки, как колониальной, так и независимой, стало браконьерство. В прежние времена его таковым не считали, потому что законов против массового истребления животных ради коммерческих целей не существовало. Например, белые носороги почти вымерли, так как ненасытный азиатский рынок охотился за их «усиливающими половую потенцию» рогами. То же самое произошло с красивыми обезьянками колобус, которых убивали ради их шкур. В наше время законы существуют, но уничтожение зверей продолжается и распространяется по всей Африке. Контроль за охотой полностью отсутствует, несмотря на достойные похвалы усилия правительств, по крайней мере, вновь образовавшихся стран.