Другую разновидность охоты с копьем практиковали в прошлом в Руанде честолюбивые ватуси, и совсем по иным мотивам. Обожающая кино публика приходит в восторг при виде их обворожительной внешности и их роста, кстати, чрезвычайно преувеличенного. На самом деле в среднем они чуть ниже шести футов. Но ватуси во всех отношениях не такие честные и чистосердечные, как пигмеи, которых частенько очерняют.
Нило-хамитские обычаи и религия запрещают есть дичь, поэтому аристократы ватуси охотятся на буйвола ради удовольствия со сворами смелых, молчаливых собак басениев, которых подзуживают охотничьими рожками. Собаки изматывают буйвола, а люди, находясь на относительно безопасном от него расстоянии, мечут в Мбого копья. Как-то раз я с отвращением наблюдал за подобного рода охотой на буйвола, которую организовал Рудахизва Мутара, бывший король Руанды. В этом виде спорта ватуси могут состязаться с Белыми Охотниками. Они даже хуже — банда из высшего общества черных, хотя и пешая, но загоняющая добычу и звуками рожков, и собаками. Мясо мертвого буйвола было, разумеется, брошено псам.
Мои братья масаи из Восточной Африки, которые родственны ватуси по нило-хамитской расе, презрительно бы расхохотались, услышав о такой охоте. Некоторые из них и сейчас еще охотятся на буйвола, которого называют илосовани, но сражаются они с ним честно, с копьем в руке. Они могут и погибнуть, но прятаться за сворой злобных псов они не станут. Как и ватуси, они дичи не едят и охотятся по причинам практического толка: буйволовая кожа идет на щиты воинов. Рога они отдают целителям, которые смешивают порошок из рога с целебными травами, рога им также нужны для изготовления волшебных талисманов. Тем не менее масаи гоже выбрасывают огромное количество мяса.
Однако черные охотники остались в богатом и захватывающем прошлом Африки. Они убивали южноафриканского буйвола отважно, как масаи или ватуси, но убивали мало. В наши дни местные охотники и браконьеры, под все увеличивающимся влиянием западной торговли, денег и в сфере рэкета сувениров сафари, уничтожают буйвола сверхмощным оружием и в огромном количестве. Шкуру, рога и часть мяса они продают, но большая часть мяса пропадает зря. Дело в том, что на каждого буйвола, которого убивают, разделывают и уносят, приходится еще четыре или пять раненых животных, которые убегают и умирают в укрытии. А полученное мясо без холодильника может сгнить, если мясники не найдут покупателей.
Существующая среди африканского местного населения потребность в мясе и колоссальный недостаток протеина часто используются как повод для бесконечного добывания дичи. Численность буйволов, как и численность других животных, сократившаяся за последний век на 90 %, теперь уменьшается с еще большей скоростью, а африканцы все так же голодают. Если в Африке безответственная резня так и будет продолжаться, а заповедники будут и дальше открываться для безответственных белых, то местное население испытает еще больший голод.
Близкие родичи Мбого из иных частей света, похоже, также движутся навстречу неизбежной гибели. На Целебесе несколько еще оставшихся в живых аноа, карликовых буйволов, скрываются высоко в горах. За ними охотились ради их шкуры, рогов и мяса, и теперь они почти полностью истреблены. На Филиппинах скотоводы и «спортсмены» Манилы уничтожили карликового буйвола, численность которого теперь составляет менее ста животных. В Малайе гигантских гауров, или индийских бизонов, самых больших животных из семейства бычьих, осталось всего лишь триста особей. На Тибете диких яков местное население уничтожает европейским оружием. А в Камбодже численность волоподобных купреев, редких животных, которые стали известны науке лишь в 1937 году, уже сократилась до двухсот; и, по всей видимости, эта разновидность достигла грани исчезновения, прежде чем ученые сошлись во мнении, как именно ее классифицировать.